Есть люди, за которых мы благодарны и благодарим каждый день за это Высшие силы. Есть те, кого хочется поскорее забыть. Самое главное, чтобы были те, за кого мы благодарим. Ведь в жизни каждого есть такие люди, а если Вам кажется, что нет, то Вы всего лишь плохо присмотрелись.
Голос внутреннего критика в какой-то момент становится настолько привычным, что его можно не замечать и не слышать, а жить в этом фоновом режиме самоуничижения и обесценивания - жить, удивляясь низкой самооценке, отсутствию желаний, страху действовать, неясной тоске и тревоге.
Для того, чтобы понять, какое значение фундаментальный парадокс присутствия имеет для полевой динамики, необходимо для начала восстановить в памяти его сущность. А затем я попытаюсь сделать некоторые наиболее важные комментарии методологического свойства. Фундаментальный парадокс присутствия заключается в следующем.
На Зимней школе-2017 Московского Гештальт Института мы с Таней Клешковой провели мастерскую, которая называлась "Фантазия и символ". На ней мы пытались осмыслить то, что происходит в терапевтических отношениях с точки зрения концепции о символизации. В результате родился текст о символической функции сеттинга и роли терапевта в ее поддержании
Помните поговорку: в тихом омуте черти водятся? Для меня она про удержанные, не выраженные чувства. Спокойный и с виду миролюбивый человек вдруг взрывается от ярости, резко уходит с работы или разрывает отношения. Разрушаются связи с дорогими людьми или карьера, потому что человек долго терпел и однажды что-то стало последней каплей. Он просто не выдержал. А потом оказалось, что такой ситуации можно было избежать, если уметь чувствовать свои границы и предъявлять их окружающим.
«Если вы утонете и ко дну прилипнете, день лежите, два лежите, а потом привыкнете».
Точка нуля - это наше знание о том, что является нормальным. Так сказать, настройки по умолчанию: то для нас является допустимым или недопустимым; что мы считаем приемлемым и обычно не замечаем, как не замечаем воздух, которым дышим. Это знание не всегда ясно осознается, порой его нелегко сформулировать. Заметной эта точка нуля становится только, если кто-то другой нам «помогает» или мы сами резко выходим за ее пределы. Например, когда мы видим, как кто-то жестоко обращается с ребенком, - если у нас не было опыта насилия в детстве, мы на это реагируем очень эмоционально, мы негодуем: «Это ненормально! Так нельзя!". Или другой пример: какое количество алкоголя мы считаем нормальным пить? Бутылка пива в неделю - это много или мало? А две? А три?
«За маму, за папу, за дочь, за нерадивых подчинённых тоже отвечаю я. Они же дети безалаберные. Мало ли чего натворят?!» Стремление отвечать за всех и за вся – откуда ноги растут?
В детстве мама моей подруги пугала ее тем, что все разбросанные по комнате игрушки будут гонятся за ней до тех пор, пока она их аккуратно не уберет на место.
Мы пугались вместе, убирали, и на всякий случай оглядывались на улице – не бежит ли сзади затерявшийся медвежонок или растрепанная кукла.
В своем жизненном развитии абсолютно все пары проходят семь этапов - хотят они этого или нет.. И иногда именно знание про эти этапы и совместная готовность быть вместе, не смотря ни на что, может уберечь отношения от разрыва.
Ведь настоящее глубокое чувство может развиться только с годами, а для этого нужно пройти через множество испытаний и трудностей.
Наша психика в процессе взросления для того, чтобы выжить и сохранить себя в этом огромном и непонятном мире, создает защитные механизмы, которые служат для устранения или минимизации негативных и травмирующих переживаний.
Одним из таких защитных механизмов прерывания является профлексия, которая возникает, когда один человек делает другому то, что хотел бы получить для себя сам.
В этой статье мы поговорим не только о психологии, психодиагностике, судьбоанализе и научных методиках. Мне бы хотелось познакомить читателей с позицией человека, которого большое количество специалистов в академических кругах по праву считают флагманом психологии личности в РФ. Кроме того мне давно хотелось познакомиться лично с Людмилой Николаевной Собчик и обсудить с ней такую тему как проблема лже-психологов. Уверена, что позиция Людмилы Николаевны будет не только интересна, но и полезна как для коллег, начинающих специалистов и рядовых обывателей. Итак, позвольте представить моего собеседника: российский психолог, доктор психологических наук, ведущий специалист в области психодиагностики и психологии индивидуальности - Собчик Людмила Николаевна.
Что на самом деле "зажимает" Скряга?
О необходимости создания стратегии психотерапевтической поддержки родственников и партнеров пациентов, страдающих неизлечимыми заболеваниями.
Проблемы с учебой - первое место в рейтинге запросов от родителей! Это первое и, зачастую единственное, что волнует родителя. Озадачиваясь в первую очередь задачами интеллектуального развития ребенка, имея в виду когнитивные способности, к сожалению родители не всегда учитывают такие важные аспекты развития ребенка, как эмоциональный и социальный интеллект...
К сожалению неумолима совершенно дикая статистика преступлений против детей на сексуальной почве. В том числе, с развитием информационных технологий – преступления в сети тоже становятся, чуть ли не трендом.
Какие опасности могут подстерегать Вашего ребенка в сети?
Уже домой?! Нет, я не хочу! Я еще не покатался на качели, не посчитал колечки, не посмотрел на застрявшие в ветвях воздушные шарики. Требую гулять! Мне обидно, я злюсь, я кричу и плачу. Мне трудно успокоится. Ну почему же ты отказываешь мне в моих простых желаниях?! Отчаяние и бессилие.
Все мы, психологи и психотерапевты, в той или иной степени – «раненные целители», по меткому выражению К.Юнга: мы способны помогать другим в той степени, в какой проходим через столкновение с собственными страданиями, со своими внутренними конфликтами, со своей амбивалентностью. Именно поэтому личная терапия для психотерапевта очень важна и значима: не потому что психолог должен «полностью исцелиться сам», прежде чем помогать другим, но потому, что именно опыт прохождения этого пути, опыт встречи с темными сторонами своей психики и взаимодействия со своими «больными местами» делает нас эффективными, тонко настроенными инструментами.