Доказано, что если человек систематически: испытывает поражение, несмотря на все усилия; переживает трудные ситуации, в которых его действия ни на что не влияют; оказывается среди хаоса, где постоянно меняются правила и любое движение может привести к наказанию — у него атрофируется воля и желание вообще что-то делать. Приходит апатия, а за ней — депрессия.
И, все-таки, наше существование не лишено парадоксов. Хотелось бы поразмышлять об одном из них...
Почему радостное событие, долгожданные перемены в жизни приносят с собою страх, фрустрацию, грусть? Почему это ок?
И как с этим быть?
Данный вид психоза можно достаточно быстро купировать, если женщина не станет игнорировать патологические симптомы и обратится за помощью к врачу, чтобы тот назначил соответствующее лечение.
Воля,свобода и чувства. Как они связаны? Как мне узнать чего я хочу? Как углубить свою волю и направить ее на желанные цели? Практическая техника работы с укреплением воли.
Есть популярная идея о том, что мы видим только то, что хотим видеть. В ее основе лежит избирательность нашего внимания, отмеченная в конце XIX века американским психологом Уильямом Джеймсом. Однако при упрощении идея утратила смысл. И ключевое слово в этом упрощении – «только».
"Эта идея внезапного изменения ошибочна", - пишет в своих семинарах Юнг, - "Нельзя выпрыгнуть из своих грехов и оставить позади весь свой груз. Думать так заблуждение. Весь смысл греха в том, чтобы нести его."
Почему, несмотря на огромное количество лозунгов и мотиваторов, человек боится ошибиться? Страх сделать что-то неидеально, испытывать стыд за свое несовершенство. Из-за этого много остановленных действий, идей и творческих начинаний, отсутствие спонтанности, усиливающееся чувство нереализованности, разочарование в себе и грусть от упущенных возможностей.
Когда мы были маленькими нас учили, что нужно быть добрыми и послушными и тогда нас будут любить и всё будет хорошо. Мы выросли и стали такими - умными, добрыми, послушными, внимательными и заботливыми. Мы делаем всё правильно, вот только обещанное счастье почему-то так и не наступило.
Я много раз начинал писать текст, основываясь на книге по психологии с реальными случаями, но вы не представляете как это сложно.
Вся книга состоит из различных историй, которые очень глубоко затрагивают, а значит остаются внутри навсегда, по крайней мере, пока позволяет это делать память.
Вот, для того чтобы она жила в памяти и дальше, я решил написать эту статью, пересказ, да неважно как это будет называться.
Будущее вкус не портит мне,
Мне дрожать за будущее лень;
думать каждый день о черном дне
- значит делать черным каждый день.
И. Губерман
Большинство людей живут в драме, которую своими собственными руками же и создали. Что с этим делать? Разбираемся вместе
Каждый из нас хоть раз сталкивался с потерей или горем. Так устроена наша жизнь. Но у каждого человека горе - свое. Это может быть окончание отношений, потеря значимой вещи, смерть важного человека, смерть домашнего питомца, переезд в другой город, потеря работы или статуса, серьезное заболевание или утрата части тела и многое другое.
Горе - это когда, по мнению человека, он безвозвратно потерял нечто очень ценное для него.
Если это произошло, человека неизбежно заполняют сильные болезненные чувства. Они возникают автоматически и бессознательно, их невозможно контролировать. Эмоции захватывают, грозя уничтожить здравый рассудок. Не удивительно, что в русском языке есть много фраз выражающих опасность горя: «умереть от горя», «утонуть в горе», «сойти с ума от горя».
В статье описаны 10 глубинных убеждений мешающих нам изменться
Лечение стыда очень сложный и кропотливый процесс. В чем состоят сложности? Во-первых: клиенты плохо распознают свой стыд. Во-вторых: клиенты склоны прятать свои стыдящиеся части. В-третьих: лечение стыда очень медленный процесс. Но, несмотря на трудности, стыд – излечимое состояние.
При работе с клиентами, я заметила, что сексуальность и пищевое поведение имеют в своей основе важное сходство – получение удовольствия. Терапевтическое значение имеет не только выбор продукта (что, несомненно, важно), но и само отношение к еде и ее употребление.
Не удивлюсь, уважаемый читатель, если описанная мною выше динамическая модель переживания показалась вам довольно сложной и, возможно, тем самым трудной для усвоения. Теория self, на мой взгляд, является одним из самых значимых и гениальных изобретений основателей гештальт-терапии Фрица Перлза и Пола Гудмена. Именно она знаменовала собой источник революции в психотерапии, в результате которой появилась сама гештальт-терапия. Вместе с тем по иронии судьбы именно теория self до сих пор остается по большей части не до конца понимаемым теоретическим конструктом и практически не используется в практике психотерапевтов, разве что в степени, доводящей ее до чудовищных форм редукции.
Феномены в поле никогда не существуют изолированно друг от друга. Они находятся в тесной взаимосвязи. Более того, феноменологический полевой процесс не создается феноменами, а сам формирует их. Поэтому несмотря на то, что феномены и феноменологическая динамика суть неотъемлемые процессы, сам полевой динамический принцип первичен по отношению к отдельным феноменам. По этой причине делать ставку в процессе психотерапии на каком бы то ни было отдельном феномене является тупиковой по своей сути терапевтической тактикой. Внимание терапевта должно быть направлено на суть полевой динамики, а не на ее содержание. Я рефреном во многих работах повторяю этот тезис, поскольку он является основополагающим для понимания сущности психотерапии переживанием.
Давно ли вы заботились о своем душевном здоровье и давали себе паузу? Почему не смотря на то, что у каждого есть способы, как можно почувствовать себя самим собой, вспомнить, куда идешь и просто отдохнуть, — мы забываем про них? Забываем заботиться о себе?
Если родитель создаёт много запретов для ребёнка – то ребёнок, вместо того, чтобы слушать себя и свои желания – делает лишь то, что от него требуется. Таким образом, точка опоры ребёнка находится в родительских предписаниях. И мир ребёнка выстраивается под таким углом: будут ли мама/папа довольны тем, что я делаю?