Повысить рейтинг
Введите количество баллов которое хотите купить (100 балов = 2$)
*Каждый день, будет сниматься -10 баллов, чтобы поддерживать равные возможности и в рейтинге были наиболее активные психологи.
Уважаемый читатель сайта!
Приглашаем присоединиться к нашим социальным страницам.
Спасибо, я уже с вами!
Спасибо, что ты с нами!
Авторизация Регистрация
Авторизация
Логин:

Пароль:

Авторизация
Логин:

Пароль:

Укажите ваш E-mail
Подписаться

Отношения с телесным симптомом

Подписаться на автора Отношения с телесным симптомом
30 Июня 2016 22:21:48
4265

Эпизод, описанный в статье, произошел со мной в декабре 1995 года. Я только начинал тогда практически применять гештальт-терапию. Действовал я в основном интуитивно. Но, затем, довольно часто возвращался к нему в общении с коллегами и клиентами. Поэтому я решил закончить эту историю, изложив ее на бумаге, и осознать, что же тогда произошло.

Ко мне обратилась клиентка, начавшая курс психотерапии в виде НЛП у одной из моих коллег по Городскому центру социально-психологической помощи, которая в тот момент находилась в отпуске. Я с самого начала был сориентирован на 1-2 сессии. В ходе первой сессии клиентка в основном описывала свою ситуацию. Ко времени нашей встречи клиентке было около 56 лет. Из них она около 30 лет была замужем. Муж ее 10 лет тому назад перенес обширный инсульт и стал инвалидом. Одним из его последствий стали приступы злобы и агрессивного поведения, направленные преимущественно на близких. Любой поступок жены и сына мог вывести его из себя. Сын предпочел жить отдельно. Невропатологи и психиатры, с которыми общалась клиентка, убедили ее в том, что это не проявление злой воли мужа, а симптом болезни. Обижаться на него не стоит, как не обижаются на кашель у больного пневмонией. Клиентка решила следовать их советам, но вскоре почувствовала себя “ подавленной и разбитой”. Она быстро утомлялась, и у нее нарушился сон. Появились сильные приступы болей в сердце. Врачи поставили ей диагноз Ишемическая болезнь сердца. И сказали, что ей строжайшим образом противопоказаны эмоциональные нагрузки. Они могут вызвать прогрессирование болезни, и даже смерть.
-Ну и что же мне совсем этим делать? - спросила меня клиентка после 40 минутной анамнестической беседы.

- Честно говоря, сам не знаю? - ответил я. - А вы бы чего хотели?

Далее беседа состояла из моих безуспешных попыток понять, как клиентка формулирует терапевтический запрос. Не без моего участия клиентка пришла к выводу, что более важным и просто жизненно необходимым для нее является здоровье. Я также подверг сомнению установку на необходимость “не волноваться”. Я так же интересовался, что клиентка может испытывать кроме волнения, признаки которого были, по словам клиентки на лицо. Хотя, по моему мнению, речь шла скорее о тревоге. Вот так, разрушая кофлуэнцию и работая с интроектами, я завершил первую сессию. Я одновременно пытался восстановить в баланс функций self, обращаясь преимущественно к эго и ид.

Вторая сессия состоялась примерно через неделю. Клиентка выглядела подавленно. Она сидела, сгорбившись и опустив плечи, разговаривала тихим и медленным голосом, лицо сохраняло однообразное страдальческое выражение. Она рассказала, что накануне у нее был крупный конфликт с мужем. После него последовал сердечный приступ. Пришлось вызвать скорую помощь. Сейчас она на больничном листе. Но ей от этого еще хуже, так как она теперь все время вынуждена находиться рядом с мужем. Я обратил внимание клиентки, что сейчас рядом мужа нет, но ее самочувствие вряд ли ее устраивает. Клиентка ответила, что

ощущает в области сердца давление и боль и тревожится от возможности повторения сердечного приступа. Она хотела бы изменить свое самочувствие. Я предложил поработать с этим симптомом в технике двух стульев. Клиентка представила на втором стуле свое сердце. Она обратилась к нему со словами сожаления о том, что не может правильно и достаточно заботится о нем. В ответ сердце стало обвинять клиентку. Я обратил внимание клиентки, на то, что реально она сдавливает, делает больно своему сердцу. Я предложи объединить это с ее сожалениями. У клиентки это вызвало затруднения и было достигнуто после нескольких обменов ролями. При этом состояние клиентка стало резко колебаться.
На стуле “сердца”ее речь приобретала вызывающий оттенок, и нарастало количество упреков. На 1 стуле клиентка продолжала говорить все более скорбным и жалобным голосом, при этом боль и давление в груди усиливались. Особенно в тот момент, когда она говорила о них сердцу. Спустя 15 минут по динамике и выраженности болей я осознал, что у клиентки развивается очередной приступ стенокардии. Тут я испугался, поскольку в силу медицинского образования отдавал себе отчет в его опасности. После некоторой внутренней борьбы я решил, что если в течение еще нескольких минут я не изменю ситуацию, то я начну искать для клиентки нитроглицерин. Тогда я предложил клиентке посадить на стул сердца мужа. Тем самым я подменил эго-функцию клиентки, но в то же самое время обращая ретрофлексию до уровня проекции. Мое предложение встретило сопротивление. Клиентка стала возражать: “Муж большой, а сердце маленькое”. Хотя тот, тоже вел себя наглым образом. Я продолжал настаивать. Учтя продвинутость клиентки в НЛП, я предложил уменьшить образ мужа до размеров сердца. Это удалось клиентке на удивление легко.

- Вот он сидит на краешке стула, ножками болтает, - воскликнула она.

- Ну, а теперь давайте давите его и делайте ему больно, - предложил я.

Клиентка с заметным интересом стала обсуждать это предложение. И пару раз стукнула мужа по голове воображаемой сковородкой.

- Как там муж? - поинтересовался я.

- Притих и молчит, - ответила клиентка.

Все эти действия сопровождались уменьшением чувства боли и давления. После этого я различными способами предлагал клиентке усилить экспрессивность выражения агресии, одновременно сосредоточившись на своих чувствах. Клиентка постепенно осознала свой гнев.

- Ну, знаю я, что он меня злит, - сказала она. - А делать то с ним что? Не бить же его, в самом деле, по голове. Она у него и так слабая.

- А вы что сейчас делали, чтобы уменьшить боль? - спросил я. - По-моему ни мужа, ни сковородки у меня в кабинете нет.

Клиентка с заметным удивлением отметила, что осознание и принятие своего гнева пусть в фантазии, помогло ей почувствовать себя лучше. Мы с интересом обсудили покупку боксерской груши и прикрепление к ней увеличенной фотографии мужа и ряд других менее эффектных и более реальных и безопасных для клиентки способов выражения гнева. Клиентка решила поэкспериментировать с их применением дома. Так как до выхода ее терапевта из отпуска оставалось менее 10 дней, мы договорились, что клиентка встретится со мной еще раз в случае возникновения каких-либо непредвиденных трудностей. Но она не явилась на прием ни ко мне, ни к моей коллеге.

Сейчас задним числом, я понимаю, что использовал примерно ту же технику, что и Перлз. Во первых это "челнок", когда клиент попеременно движется от внутренней зоны ощущений к промежуточной зоне мыслей и отношений. Но этот процесс имеет и определенные стадии, описанные Перлзом для работы с еще одним феноменом промежуточной зоны, сновидением.

  1. На первой стадии происходит определенное изменение механизма проецирования. Сон, точнее образ сновидения, как и симптом, при всей своей проективной природе носит своеобразный частичный и внутренний характер. Происходит отчуждение части души, но сохраняется какая-то формальная связь с ней. Возможно, речь идет просто о более примитивном и, значит, древнем феномене проективной идентификации, который в гештальте обозначается, как сочетание проекции и ретрофлексии. Я думаю, в моей работе с симптомом мне хорошо удалась превращение частичной проекции в тотальную. Об этом свидетельствует, последовавшая, после идентификации клиентки с больным органом, актуализация симптоматики.

  2. На стадии реконструкции личного контекста, я совершил интервенцию, предложив клиентке прояснять отношения мужем. На мой взгляд, это довольно органично вытекает из предыдущего материала сессий. Я произвел подмену эго-функции клиентки, что может оказаться необходимым на стадии частичного обращения ретрофлексии. Оправдано это и потому, что актуализация контрсимптома затормозила и свернула ощущение симптома. А в нашей ситуации без этого условием продолжения работы казалось мне невозможным.

  3. На стадии ассимиляции проекции клиентка и муж словно меняются местами. Уже клиентка становится безудержно агрессивной, а муж затихает и молчит. Я рассматриваю это слияние, как признак полного контакта клиентки со своим гневом.

  4. А вот, полнота обращения ретрофлексии является для меня до конца не ясной. Клиентка выбирает техническое тестирование вновь обретенной ответственности непосредственно в отношениях с мужем. Я доверяю ей в этом. Но остается открытым вопрос, мог ли я создать условия для этого в ходе сессии.


Теги: психосоматика, гештальт-терапия
Понравилась статья? Расскажите друзьям:


Другие публикации автора:

Подписаться на новые комментарии к этой статье:
Подписаться


Топ публикаций
НА ЧТО ОБРАТИТЬ ВНИМАНИЕ ПРИ УСТРОЙСТВЕ ЛИЧНОЙ ЖИЗНИ НА ЧТО ОБРАТИТЬ ВНИМАНИЕ ПРИ УСТРОЙСТВЕ ЛИЧНОЙ ЖИЗНИ При желании устроить свою личную жизнь и мужчины, ...
Если бы прокрастинации не существовало, ее следовало бы изобрести.  Если бы прокрастинации не существовало, ее следовало бы изобрести. Ты, разумеется, знаешь, что такое прокрастинация. ...

Вы можете подписаться на новые публикации на сайте. Для этого нужно просто указать вашу почту.

Новое на форуме

Перейти на форум


Мы в соцсетях

яндекс.ћетрика