Повысить рейтинг
Введите количество баллов которое хотите купить (100 балов = 2$)
*Каждый день, будет сниматься от 10 баллов, чтобы поддерживать равные возможности и в рейтинге были наиболее активные психологи.

Наша цель - создать конкурентные условия при поиске психолога. Обеспечить приток новых психологов на сайт и поощрять активность пользователей.

Как будут списываться балы:
Если у вас до 2000 баллов то списываться будет 10 баллов в день.
Если больше 2000 то будет работать правило "делителя на 100" *
Но при этом остается несгораемая сумма баллов за предыдущую активность на сайте.
Каждая опубликованная статья +5 баллов плюс +10 стартовых баллов.

* правило "делителя на 100" будет рассчитываться следующим образом:
количество баллов / 100 = целый остаток округлен в меньшую сторону до десятых.

например:
2550 / 100 = 20
18700 / 100 = 180

НОВЫЕ ПРАВИЛА ПО СПИСАНИЮ БАЛЛОВ ВСТУПИЛИ В СИЛУ С 01.01.2019г.

Как заработать балы бесплатно:

За оригинальную статью (ранее не публикуемую в Интернете) будет начислено +200 баллов. Если на момент проверки уникальности статьи, она опубликована на других ресурсах, то Вы получите +60 баллов. Проверка на уникальность и начисление баллов будет проведена на протяжении 48 часов после публикации на портале.
За 500 просмотров статьи Вам насчитывается +50 баллов;
За 1000 просмотров +50 баллов;
За 5000 просмотров +100 баллов.

Присоединяйтесь к нам

Чтобы быть в курсе всех интересных новостей, оставьте свою почту

Также следите за нами в соцсетях

Авторизация
Логин:

Пароль:

Авторизация
Логин:

Пароль:

Укажите ваш E-mail
Подписаться

Проблемы кардиологии или отказ Жить: Случай из психотерапевтической практики

Подписаться на автора Проблемы кардиологии или отказ Жить: Случай из психотерапевтической практики
01 Сентября 2015 18:05:58
5986

Мужчина 34 лет Б. обратился за терапией по поводу беспокоящих его психосоматических симптомов. Пройдя тщательное медицинское обследование на предмет поиска кардиологической патологии в клинике и получив отрицательное заключение, он пребывал в растерянности и обратился за психотерапевтической поддержкой. Разумеется, в фокусе его терапевтической заявки помещались жалобы на физическое самочувствие и связанную с этим тревогу.

Однако довольно высокий интеллект Б. позволил ему предположить существование внутри картины его болезни связи психогенного характера. Тем не менее, у Б. не было опыта и привычки говорить о своих чувствах и желаниях, равно как и вообще осознавать их. Б. описывал практически все эпизоды своей жизни ровным безэмоциональным тоном, в то время как содержание его рассказа вызывало во мне тревогу, страх и жалость к этому человеку. Рано потеряв родителей, он неудачно женился. В семейной жизни сталкивался с постоянным отвержением, поэтому большую часть своего времени он проводил на работе, где был очень успешен и получал достаточно признания. Близких друзей у Б. не было, отношения с коллегами были довольно прохладными и формальными. Большую часть возникающих своих личных реакций (осознавались они клиентом довольно редко) в виде чувств, желаний и др. Б. контролировал и предпочитал удерживать при себе. Наш контакт Б. воспринимал также лишь через призму желанного терапевтического эффекта, я представлялся ему лишь «специалистом, у которого есть возможность ему помочь». Я зачастую чувствовал себя этаким терапевтическим аппаратом, несмотря на то, что был очень эмоционально включен. Мои попытки размещать возникающие в нашем контакте феномены в виде чувств, желаний, наблюдений за Б. вызывали, как правило, две возможные реакции. Б. либо игнорировал мои слова совершенно, либо раздражался, говоря о том, что это не помогает ему продвигаться на пути избавления от симптома.

На одной из сессий мы оказались в зоне обсуждения темы принятия Б. другими людьми, а также признания его нужности и важности для них. В этот момент я живо интересовался Б., что не осталось для него незамеченным. Спустя некоторое время Б. спросил меня о том, правда ли он для меня значимый человек. Я ответил, что за время терапии я успел привязаться к нему, и что он занимает в моей жизни значимое место. Б. сказал, что он очень тронут тем, что за долгие годы им кто-то по-настоящему заинтересовался, и расплакался. Причем говорил и плакал, по моему ощущению, лично мне. Впервые за время терапии я почувствовал его присутствие в контакте со мной совершенно отчетливо. Это было значительное продвижение в терапии, в некотором смысле прорыв.

На следующей сессии Б. выглядел встревоженным и довольно раздраженным. Он сказал, что раздражается тем, что терапия идет очень медленно, по его мнению (на описываемый момент терапии она длилась около 1,5 месяцев), а также то, что работаю я не подходящим для него способом. Поскольку сказанное им адресовалось скорее в воздух или пространство кабинета (такой откат от достижений прошлой сессии, разумеется, можно было предположить, поскольку полученный им новый опыт в нашем контакте ассимилировать, по всей видимости, было непросто), я предложил ему, несмотря на очевидный риск обострить наши отношения, сказать эти слова, адресуя их лично мне. Б. проговорил их мне, и я снова почувствовал уже знакомое ощущение присутствия Б. в контакте, хотя в этот раз и непростого для нас обоих. Я просил не оставлять контакт со мной и оставаться чувствительным к тому, что будет происходить с ним дальше.

Вдруг чувства Б. начали трансформироваться – он стал говорить о некоторой смеси страха, что я могу оставить или отвергнуть его, и зависти, которую он испытывал ко многим аспектам моей жизни. Раздражение оказалось на этом этапе разговора в фоне. Я поддержал Б. в том, что он имеет право на свои чувства, в том числе и зависть, и выразил свою благодарность за то, что он может размещать свои чувства и желания в контакте со мной, несмотря на очевидный страх и риск отвержения. Интересно, что self-динамика нашего контакта на этом не остановилась – Б. сказал, что испытывает значительный стыд в контакте со мной, несмотря на то, что я, очевидно, строю диалог поддерживающим для него образом. Я попросил Б. рассказать о своем стыде лично мне и внимательно наблюдать, что будет происходить с ним и как будет меняться его переживание. Через минуту Б. сказал, что, по всей видимости, его стыд усиливается именно ввиду моей заботливо-поддерживающей позиции, которую он привычно расценивает как унизительную для него, и добавил, что чувствует желание исчезнуть. В этот момент я почувствовал острую боль и жалость к Б. Рассказав о них ему, я добавил, что считаю, что он имеет право на заботу, а также на признание от других людей своей значимости и прав на существование. Его тезис, что мужчина не имеет права на жалость и заботу, я встретил удивлением и даже некоторым возмущением.

Вдруг в поле стыда, который еще незначительное время назад выглядел токсическим, стали появляться незначительные ростки других чувств: благодарности мне за то, что я остаюсь, по-прежнему, с ним, хотя, по его привычным расчетам, я должен был отвергнуть его, а также удовольствия от контакта, которого он уже давно в своей жизни не испытывал. Стыд постепенно трансформировался в смущение, перестав оказывать токсическое влияние на контакт, хотя, по-прежнему и оставался фигурой. Я попросил Б. и в этой ситуации оставаться в контакте и переживать этот феноменологически новый эмоциональный коктейль. На этом наша сессия должна была остановиться, и мы попрощались с Б. Несмотря на мою тревогу возможного «отката» в качестве переживании Б., на следующей сессии он не избегал контакта со мной, присутствуя в нем довольно открыто своими чувствами и желаниями. Это свидетельствовало о том, процесс ассимиляции полученного опыта запущен.

Разумеется, терапия и трудности, стоящие перед ней, на этом не закончились. Б., по-прежнему, остается в терапии, получая от нее значительно больше удовольствия и терапевтичного опыта, чем до этого эпизода. Контакт открывает нам все больше возможностей, удивляя нас постоянно своим неожиданным многообразием.


Понравилась статья? Расскажите друзьям:

Подписаться на новые комментарии к этой статье:
Подписаться

Комментарии

Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш комментарий добавлен


Другие публикации автора:

А думали ли вы когда-нибудь о том, что то, что мы называем здравым смыслом суть вирус!?
Динамика феноменологического поля больше не может регулироваться субъектами. Наоборот, жизнь любого человека зависит от того, насколько он оказывается в ладу с процессами, происходящими в поле. Следовательно, фокус внимания в психотерапии также смещается с клиента на динамику феноменологического поля. Теперь главной ее целью становится переживание как важнейшая функция поля. А кем же тогда являются наши клиенты и мы с вами? Ответ прост – агентами феноменологического поля.
Случай из практики: О любви и признании, или призраки прошлого
Н., мужчина 43 лет, успешный бизнесмен, руководитель консалтинговой компании, отец 3 детей, женат. Выглядит очень мужественным, регулярно занимается спортом. К детям относится с большой нежностью, привязан к ним. Отношения в семье строятся удовлетворяющим для него образом. До обращения ко мне в течение нескольких месяцев проходил терапию у другого терапевта – женщины, однако, ввиду того, что испытывал смутно осознаваемую необходимость - желание психотерапии с мужчиной, попросил прежнего терапевта рекомендовать ему кого-либо.
Посттравматическое стрессовое расстройство
В заметке рассматривается генез и клиническая феноменология посттравматического стрессового расстройства, а также особенности терапии клиентов, страдающих ПТСР. Предлагается модель психологической помощи людям, страдающим посттравматическим стрессовым расстройством.
ПОЧЕМУ НАШИ МЕЧТЫ ОСТАЮТСЯ МЕЧТАМИ?
Нас любят потому, что мы успешны и успешны мы потому, что любимы. А ведь любовь -  одна из базовых потребностей человека. Пытаясь получить ее через успех, мы попадаем в замкнутый круг «мечта-успех-любовь».
Мы «заражаемся» идеей успеха, предмет которого выглядит «штампованным»: богатство, признание, здоровье и так далее. То, без чего, кажется, невозможно получить счастье и любовь. А ведь стремление к такому успеху есть социальный вирус, концепция, в тисках которой мы живем.
Как я уже говорил, концепция - это наше представление о жизни со стабильной, но ограниченной  структурой. С одной стороны это гарантирует нам стабильность мира, в котором мы живем, а с другой – стабильность наших неудач, симптомов, болезней и пр.  
Мы развиваемся, придумываем новшества и технологии, но все это скорее обслуживает концепцию чем трансформирует ее. Концепция тиражирует реальность, а мы продолжаем видеть только то, что вписывается в ее рамки.

БЛИЗОСТЬ, КОНЦЕПЦИИ И ПРИСУТСТВИЕ
Разговор об отношениях, построенных на новом понимании контакта, имеет большое значение по двум основным причинам. Первая – оно в корне меняет представления о том, что такое близость в отношениях двух людей. Вторая – только выстроив отношения с другим человеком на принципах этой идеологии контакта, можно восстановить способность переживать свою Жизнь. А именно это и является главной задачей.
НАЧНЕМ С БЛИЗОСТИ
Знакомо ли вам ощущение, что в вашей Жизни есть еще кто-то, кому вы дороги, кем вы любимы, и кому вы небезразличны? И этот кто-то присутствует явно или неявно своей Жизнью рядом с вами? Именно рядом.
Этот кто-то не поселился внутри вашей Жизни, нет. Ваши жизни не перепутаны. Вы находитесь своими Жизнями рядом, слегка соприкасаясь ими. Но порой это очень острое и интенсивное чувство присутствия, которое воодушевляет вас. Хотя иногда такое присутствие может оказаться и ранящим.
Близость это не столько контакт «взасос», сколько соприкосновение друг с другом чем-то сокровенным.

КАК ОСТАВИТЬ СЕБЯ В ПОКОЕ И ПЕРЕСТАТЬ МЕНЯТЬ СВОЮ ЖИЗНЬ?
Как поменять свою жизнь, ничего для этого не делая?
Мы живем в эпоху суеты. Это означает примерно следующее – если вы хотите быть счастливым, нужно обязательно что-то делать. И если хотите быть успешным – тоже делать. Даже поменять к чему-то свое отношение – менять же вам, значит и делать тоже вам. Даже изречение «Хочешь быть счастливым – будь» значит то, что за счастье нужно бороться.

А я говорю - нет. Не нужно бороться за счастье. Оно или есть, или нет. Весь фокус в том, мешаете вы ему проявиться, или не мешаете.
Психотерапия – это путь недеяния.
Когда что-то случается в вашей жизни, первое, чем вы начинаете заниматься – это «предпринимательством». Вы думаете, что предпринять, чтобы этого не было, будь то кризис, ссора, отсутствие денег или любви.
Точно так же происходит и в отношениях с другими людьми, у которых произошло что-то в жизни. Вы начинаете что-то советовать, наверняка даже хотите что-то сделать для человека.


Топ публикаций
Любовницы и женская инициация Любовницы и женская инициация Сегодня принято думать: муж завел любовницу на сто...
СЕКРЕТЫ ОБЩЕНИЯ СО СТАТУСНЫМИ ЛЮДЬМИ СЕКРЕТЫ ОБЩЕНИЯ СО СТАТУСНЫМИ ЛЮДЬМИ В данной статье мы опишем особенности этого психот...
Процесс переживания утраты Процесс переживания утраты Утраты в жизни человека. "Норма" пережив...

Вы можете подписаться на новые публикации на сайте. Для этого нужно просто указать вашу почту.

Новое на форуме

Перейти на форум


Мы в соцсетях

Присоединяйтесь к нам в телеграм

Telegram psy-practice