Повысить рейтинг
Введите количество баллов которое хотите купить (100 балов = 2$)
*Каждый день, будет сниматься -10 баллов, чтобы поддерживать равные возможности и в рейтинге были наиболее активные психологи.
Присоединяйтесь к нам
Авторизация
Логин:

Пароль:

Авторизация
Логин:

Пароль:

Укажите ваш E-mail
Подписаться

Терапия как правосудие

Подписаться на автора Терапия как правосудие
15 Декабря 2016 18:10:22
1637

На свете ничего нет постоянней 
превратностей, потерь и расставаний.
И Губерман

Я написала эту статью из-за трудностей в работе с травмами, особенно шоковыми, в которых клиенту бывает важно слышать однозначное мнение терапевта о травматичной ситуации и ее участниках. Делюсь своим опытом. 
Эта статья - мое личное мнение как терапевта. Я здесь описываю лишь правовой аспект травмы.
 
Терапия - не юридический суд, олицетворяемый непредвзятой Фемидой с повязкой на глазах. Более того, попытки терапевта беспристрастно и объективно разобраться в травматической ситуации могут обернуться для клиента судилищем. Преждевременные разборки могут блокировать возможность человека поделиться своими переживаниями, поскольку могут породить у него сомнения в обоснованности возникших чувств и аффектов.
Терапия - это заведомо предвзятый "суд" в пользу пострадавшего, обратившегося за помощью, предполагающий внимательный открытый взгляд терапевта. Мерило справедливости - чувства клиента.
Клиент всегда прав. Точка.
А вот найти, почему и в чем он прав, - дело всей терапии. 
 
Вследствие травмы у человека серьезно страдает самооценка, другими словами, он повержен и оказывается лишенным переживания  важнейших общечеловеческих прав - в первую очередь на защиту себя, на право действовать, на право голоса, на желания и чувства, на признание и уважение, в худшем случае - на существование в этом мире.
Поэтому в терапии травмы клиент прав даже тогда, когда не прав. В посттравматической ситуации искажение когнитивной картины мира неизбежно, но в кризисной терапии основное внимание уделяется- аффектам. Принятие и признание всех, даже кажущихся на первый взгляд необоснованными, переживаний - основа создания безопасных для клиента терапевтических условий.
Сообщать клиенту, сбитого с ног ужасом открывшейся измены супруга, о пресловутой истине, что вклад в отношения - 50/50, или выяснять, почему покалеченный в автоаварии не уступил дорогу фуре, или зачем матери вдруг понадобилось обыскивать карманы сына, оказавшегося наркоманом, и "вообще, где Вы были раньше?!" - в кризисной ситуации  нетерапевтично, имхо.
Травма - это полбеды. А вот быть неуслышанным, непонятым, столкнуться с неверием окружающих, в т.ом числе. терапевта, - совсем плохо. Не говоря Об осуждении уж об осуждении и упреках. и не говорю.
Страшно, когда мама вместо сочувствия говорит: 
... а зачем ты туда пошла? кто тебя туда звал?
... а почему ты так сделала?
... а почему ты не ушла?
... зачем осталась-то?
... ну и что здесь такого?
... ты же сама хотела, не так ли?
... я же тебе еще тогда говорила...
... я давно уже поняла, а ты ....
... вот я бы на твоем месте...
Вера - иррациональное чувство по определению. 
Для веры не нужны факты, нужен лишь резонанс чувств. 
Логика и математика здесь ни при чем. Весь фокус - во внутреннем знании.
И тогда вопрос: готова ли мама услышкать и как бы заново переживать боль – теперь уже за другого? может ли отец или муж или друг разделить горечь признания поражения? неудачи, провала? А если их душа переполнена собственной болью, то может ли терапевт отнестись с сочувствием к переживаниям, к бедам и недугам Другого?
 
При отсутствии доверия терапевта к травматичному материалу клиента, сопереживания его беде и готовности принять ненависть и гнев  последний дрейфует в сторону слияния с абъюзером, что осложняет посттравматический синдром. И это испытание для терапевта - удержаться от ответной агрессии в какой бы то ни было форме и изложения своей точки зрения, которая не согласуется с чувствами клиента или блокирует их. 
Поскольку восприятие человеком в посттравме крайне поляризовано, то недостаточно поддерживающий терапевт может превратится для него в агрессора. И это несмотря на то, что клиент апеллирует к нему как к правозащитнику.
В силу расщепления и поддерживающий спец может стать противником или заложником, особенно учитывая насыщенные проекции и заряженные проективные идентификации.
Тогда возможен вариант "регрессного иска" (термин из правоведения, но радует слово регрессный) - требования кредитора о возврате денежной суммы, которую он уплатил по вине третьего лица - должника. 
Другими словами, претензии и аффекты направляются терапевту вместо абъюзера как требование вернуть долг, репарации ущерба. "Мне чужого не надо, верните мне мое". В случае "непогашения долга" терапевтические отношения разваливаются. Эти требования сами по себе правомерны и признаваемы, фокус в том, чтобы найти правильного адресата чувств - экспроприатора прав.
 
В конечном итоге у клиента должно возникнуть ощущение, что терапевт - его опора, личный адвокат и союзник, готовый защищать его права и интересы, что он - против насилия. И никакого отношения к обвиняющей стороне не имеет и не собирается иметь. Нужна только Вера терапевта в право и правильность клиента.
Адвокат в юриспруденции - это человек, оснащенный не только знанием законов и правил, но и умением искусного толкования норм права, т.е. поиска и разъяснения его исконного содержания, подлежащего реализации в данных конкретных условиях. Их смысл - в использовании на суде для наилучшей защиты интересов своего подопечного, для заботы о его преференциях независимо от личного отношения к нему. "Подлинное (истинное, настоящее, действительное) содержание толкуемой нормы в данной конкретной ситуации (случае) ее реализации — это актуальное (действенно-фокусированное и конкретное) выражение ее регулятивного потенциала в данное время, в данном месте, в данной конкретной регулятивной ситуации (случае)"  с максимально высоких ценностно-правовых позиций. 
 
Понимание права как равенства, как общего масштаба и равной меры свободы людей  включает в себя и справедливость. Право по определению справедливо, а справедливость — внутреннее свойство и качество права. Справедливость воплощает собой и выражает общезначимую правильность, а это означает всеобщую правомерность. Право работает именно в отношениях тех людей, которые реально или виртуально оказываются вместе.
Право, таким образом, опирается на справедливость, а не на силу.
На силу опирается произвол.
Правомочность = законности. 
Переживание человеком своих прав ведет к ощущению внутренней свободы и достоинства.
Иметь основания, Быть вправе, Обладать личными правами - значит не испытывать стыда и вины при их реализации, т.е. быть невиновным, невинным, с одной стороны, - и обижаться, гневаться и испытывать боль при их нарушении, - с другой. Здесь понятие права близко к понятию "личного пространства", а чувства являются индикатором его нарушения. Совесть и ответственность позволяют исправлять ошибки и возмещать ущерб, нанесенный другой стороне.
В результате травмы может произойти реальная потеря прав как возможности, физической и/или психологической. Она переживается в гневе на причину потери, боли, а впоследствии - в горевании, оплакивании, грусти.
Поскольку пострадавший в травме чувствует себя пораженным в общечеловеческих правах, то терапевт, подобно адвокату, использует каждую зацепку для реабилитации, восстановления клиента, оставляя за бортом те факты и обстоятельства, которые могут ослабить позицию и ухудшить его самочувствие.
Страдание может рассматриваться как свидетельство того, насколько значимо в жизни человека было то, что оказалось поврежденным или поруганным в результате травмы. Интенсивность страдания - это мера того, насколько значима для человека потеря. Признание терапевтом  ценности и важности утраченного - значит разделить боль страдания. 
По Юнгу, "Всякий невроз - это замещение законного страдания".
Переживание своих прав невозможно в диссоциированном и расщепленном состоянии, что не мешает знать и помнить о них.
Способность пострадавшего чувствовать подразумевает сохранность в его памяти представления о своей идентичности и правах. Хотя их реализация после травмы затруднена из-за боли и неуверенности, опасения наступить или "незаконно" претендовать на чужие права, в процессе терапии они присваиваются заново.
 
Прямая оценка терапевтом событий - в соответствии с чувствами клиента - бывает нужна в острой травме, когда его аффекты диссоциированы от рацио. Понять, почувствовать, в чем состоит сегодняшняя Правда клиента, и принять ее - значит дать ему опору. Из-за психологической неустойчивости эта Правда может меняться день ото дня. Правда - душевная истина, "смысл которой свидетельствует о себе из себя самого", т.е. субъективна.
Так или иначе она отражена в конгломерате посттравматических чувств. Контрперенос - основной источник знаний, особенно если клиент не в состоянии формулировать свои мысли. Нерасчленяемое содержание контрпереноса свидетельствует о глубоком регрессе пострадавшего и непереживании права на жизнь, угнетении – то есть буквально подавлении  воли, желаний, эмоций, сознания, лишение его прав и возможностей к свободной жизни и развитию.
Согласие с клиентской, пусть поверхностной и расплывчатой, оценкой, независимо от ее вразумительности, аффективной заряженности и даже возможной неадекватности, которая может быть следствием фрагментированного восприятия - означает принятие и подтверждение права клиента на свое (его) вИдение и свою оценку.
Назвать и ошельмовать насильника, агрессора, преступника - значит символически (но не всегда психологически) вернуть тому тягостные чувства жертвы - стыд, позор, вину, бесчестье, расчистить дорогу для гнева клиента и возвращения своих прав. 
Своего рода реституция как альтернатива мести.
Как компенсация потери в кризисной терапии у клиента формируется или возрождается фигура внутреннего адвоката - оберегающего, защищающего, понимающего и утешающего при невзгодах.
Справедливости ради добавлю, что Фемида - не только беспристрастная блюстительница порядка, но и богиня права и благонравия, покровительница угнетенных, пострадавших, обиженных и обделенных. Иногда она изображается с рогом изобилия - символом воздаяния потерпевшим за страдания.
Исцеленная травма обогащает и облагораживает человека, делая его чутким к беде других.
Опубликовано на


Теги: шоковая травма, острая травма, терапевт, клиент, самооценка, право, переживание
Понравилась статья? Расскажите друзьям:

Подписаться на новые комментарии к этой статье:
Подписаться

Комментарии

Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш комментарий добавлен


Другие публикации автора:

Что дарят детям на Новый Год?
«Уважаемый Дедушка Мороз. От всей души поздравляю тебя с Новым Годом. Желаю тебе быть всегда здоровым и не получать глупых писем. Подари мне, пожалуйста, карту для снижения цены на «lego» в лего-магазинах. Я тебя очень прошу и отблагодарю. Передай привет Снегурочке. Я хожу в школу и музыкальную школу. У меня три брата, большая квартира и добрые родители».
Острая, шоковая травма. Проживание. Помощь
Шоковая (острая) травма - это состояние (переживание), сопровождающееся ощущением хаоса, потерянности, горечи предательства и боли дезинтеграции.

Кризисная работа с острой травмой
Здесь я делюсь своим видением и инструментарием  кризисной работы с острой травмой, преимущественно с травмой насилия. 
Терапия шоковой (острой) травмы
Травмирование происходит при воздействии на человека системы мироздания и его представителей в ОДНОСТОРОННЕМ порядке. Травма - это вторжение, насилие над человеком, когда он находится в слабой позиции и не в состоянии отреагировать и защитить себя. Поэтому она бесчеловечна.
В самой травме смысла нет, и его бесполезно там искать. Но в усилиях по выходу из острого стрессового состояния много жизнеутверждающего смысла.


Шоковая (острая) травма.
Под психологической травмой понимают состояние дезинтеграции или срыва, возникающее в том случае, когда психический аппарат внезапно подвергается воздействию сверхинтенсивных внешних или внутренних стимулов, которые слишком сильны, чтобы справиться с ними обычным способом.
Таким образом, травматический стресс наступает в том случае, если стрессогенный фактор достаточно силен, продолжается в течение какого-то времени, перегружает психологические, физиологические и адаптационные возможности человека, разрушает психологическую защиту, вызывает тревогу и приводит к психологическим и физиологическим “поломкам” в организме. И если переживание стрессовой ситуации в норме мобилизует адаптационные ресурсы организма и способствует приспособлению человека к изменяющимся условиям, то травматический стресс истощает его адаптационные возможности.

Права клиента в терапии
Так или иначе проблематичный опыт человека, пришедшего на терапию, всегда связан с полным или частичным поражением в общечеловеческих правах, т.е. с  ограниченным переживанием своих личных прав, своих свобод. Часто оказывается, что жизнь соткана из ограничивающих иррациональных убеждений, отрезающих естественные возможности и проявления человека.
Смысл терапии - в  восстановлении, реабилитации, подтверждении, освоении и присвоении прав.


Топ публикаций
Почему РЕБЕНКУ НУЖНЫ РОДИТЕЛИ, а НЕ ДРУЗЬЯ. Почему РЕБЕНКУ НУЖНЫ РОДИТЕЛИ, а НЕ ДРУЗЬЯ. Самые прогрессивные мамы решили, что нужно «дружит...
Нет! Только не это! Очарование разочарования. Нет! Только не это! Очарование разочарования. Жду на день рождения куклу с кудрявыми волосами и ...
Гипноз и внушение в спорте Гипноз и внушение в спорте Мы привыкли, что спорт — это тренер с секундомером...

Вы можете подписаться на новые публикации на сайте. Для этого нужно просто указать вашу почту.

Новое на форуме

Перейти на форум


Мы в соцсетях

Присоединяйтесь к нам в телеграм

Telegram psy-practice