Повысить рейтинг
Введите количество баллов которое хотите купить (100 балов = 2$)
*Каждый день, будет сниматься -10 баллов, чтобы поддерживать равные возможности и в рейтинге были наиболее активные психологи.
Присоединяйтесь к нам

Чтобы быть в курсе всех интересных новостей, оставьте свою почту

Также следите за нами в соцсетях

Авторизация
Логин:

Пароль:

Авторизация
Логин:

Пароль:

Укажите ваш E-mail
Подписаться

Существует ли теория поля?

Подписаться на автора Существует ли теория поля?
09 Ноября 2016 12:13:30
1811

В этой работе передо мной стоит весьма важная задача. Возможно, одна из самых важных на этом этапе развития диалогово-феноменологической психотерапии. Речь пойдет не о частных приложениях методологических принципов психотерапии, фокусированной на переживании, а о сердце ее методологии. Данная работа будет посвящена диалогово-феноменологическому прочтению теории поля. Учитывая объемность и сложность такого рода задачи, стоящей передо мной, я решил разбить ее на некие логичные составляющие. Таким образом, общая задача представления вам, уважаемый читатель, диалогово-феноменологической теории поля будет реализована посредством разработки нескольких основных разделов, каждый из которых представляет из себя более или менее независимую статью. Начну я с описания современного состояния теории поля и общей структуры диалогово-феноменологической теории поля. Далее мы с вами двинемся в направлении истоков феноменологического поля и поговорим о механизмах полеобразования. 

Надеюсь, вам, уважаемый читатель, известен тот факт, что одним из базовых оснований гештальт-терапии является теория поля. Именно на этом методологическом основании авторы метода и возвели здание новой школы, которая в настоящее время оказалась очень популярной, в частности, и на постсоветском пространстве. Именно на фундаменте теории поля были построены их новые гениальные концепции – теория self, концепция творческого приспособления и пр. При этом ни в одной из своих работ Ф. Перлз и П. Гудмен не ссылаются на авторство используемой ими теории. Остается только догадываться, что речь идет о теории поля К. Левина – выходца из берлинской школы гештальт-психологии, основателя нового психологического течения в Германии в начале 20-го столетия. Уж странным образом примеры из первой знаковой работы Ф. Перлза «Эго, голод и агрессия» (публикации 1941 года) напоминают аналогичные примеры восприятия К. Левиным военного ландшафта из одноименной работы 1918 года. Как бы то ни было, по всей видимости, когда основатели гештальт-терапии говорят о поле, они явно или неявно отсылают себя и читателя к теории поля К. Левина.

Теория поля была одной из самых строгих в смысле построения научных экспериментов. По сути эта была экспериментальная психологическая школа, претендующая стать парадигмой. Как известно К. Левину был близок идеал строгости научной методологии, и он мечтал привести психологию к идеалу научности физики времен великих открытий в естественных науках. Таким образом, когда в данном контексте я говорю о теории поля, я имею в виду совершенно определенное здание методологии психологической науки, оперирующей своими собственными категориями – жизненным пространством, валентностью, квазипотребностью, внутриличностными областями, напряженной системой и пр.

В настоящее же время когда мы говорим о теории поля, особенно в приложении к теории и практике гештальт-терапии, речь идет уже не столько об определенной научной школе, сколько о хоть и довольно определенном, но совершенно разрозненном полевом мировоззрении – о теориях поля(ей). Для этого даже придумали новое словосочетание – полевая парадигма. И это мировоззрение уже не имеет авторства. Автор теории поля умер, следуя введенной или лишь постулированной Бартом традиции. В настоящее время существует довольно большое количество работ, посвященных теории поля в психотерапии, но ни одна из них не ложится в основание более или менее определенной стабильной школы.

К чему же все это приводит и почему я об этом начал говорить в самом начале экскурса в диалогово-феноменологическую теорию поля? Не столько потому, что положено сначала обрисовать актуальность проблемы, сколько потому, что такое прочтение теории поля совершенно размывает нашу профессию – психотерапию – не только ее теорию, но и практику. В настоящее время теорию поля используют в контекстах, которым порой диву даешься. Например, для обоснования безответственности психотерапевта – «Это не моя вина, это поле!». Если это так, то правы были экзистенциалисты, которые утверждали, что с появлением теории поля из психотерапии ушла ответственность. Или для превращения психотерапии в мистическую практику. Разве что до разговоров с духами пока не доходит. А вот карты Таро и шаманские практики уже в полной мере укладываются некоторыми гештальт-терапевтами в основание их психотерапевтической практики. Вот еще один феномен похоже той же природы – системно-феноменологическая психотерапия Б. Хейлингера. Системные семейные расстановки, основанные на представлениях о «морфогенетическом поле», стали в настоящее время чуть ли не самым популярным феноменом современного психотерапевтического сообщества. И это лишь небольшая часть полевых влияний на современную психологическую практику.

Не поймите меня неверно, уважаемый читатель. Я не собираюсь идти войной на упомянутые мною выше методы и техники, применяющиеся специалистами помогающих профессий. Просто уж очень хочется разделить их и теорию поля. А тут без очерчивания границ полевой методологии не обойтись. Другая и самая главная причина, по которой я намерен предложить собственную интерпретацию теории поля, имеет отношение к совершенно прагматическим целям. Формирующаяся школа диалогово-феноменологической психотерапии уже в течение довольно длительного времени апеллирует к концепту поля. При этом опирается на свою более или менее на настоящий момент очерченную методологию с совершенно определенными конструктами. Принципы построения интервенций диалоговыми психотерапевтами в полной мере также апеллируют к представлениям о поле. Вместе с тем ранее я ограничивался лишь небольшими дополнениями к теории поля К. Левина и до сих пор не излагал последовательно диалогово-феноменологический подход к интерпретации психологического поля. По этой причине мне показалось просто необходимым очертить методологические рамки, предложив концепцию поля, развитую в русле диалогово-феноменологической психотерапии.

Я осознаю, насколько сложную задачу я поставил себе, учитывая довольно скромный объем настоящей работы. Учитывая, что это лишь первая работа, знакомящая вас, уважаемый читатель, с диалогово-феноменологической концепцией поля, прошу не судить меня строго. В некотором смысле это лишь пролегомены к более детальному изложению подхода. Но чтобы у вас сложилось первое впечатление о нем, а также представление о том, какое значение все это имеет для психотерапии, я попробую для начала предложить вам структуру описания этой концепции. 




Теги: Игорь Погодин, гештальт, психология, психотерапия, переживание, гештальт-терапия, обучение гештальт-терапии, лекции по гештальт, диалог, психотерапия переживанием, институт гештальт, психологический тренинг
Понравилась статья? Расскажите друзьям:

Подписаться на новые комментарии к этой статье:
Подписаться

Комментарии

Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш комментарий добавлен


Другие публикации автора:

Случай из практики: История о стыде и несовершенстве
И., мужчина 37 лет, обратился за психотерапией по поводу беспокоящих его отношений на работе. По его словам, у него складывались довольно сложно отношения с подчиненными. Будучи довольно требовательным и порой суровым руководителем, он хотел создать устойчивую и слаженно работающую команду, что на момент обращения оказывалось для И. достаточно трудным.

Психотерапия как управляемый инициируемый кризис
Ещё одним немаловажным аспектом методологии диалогово-феноменологической психотерапии является концепция управляемого инициируемого кризиса. Если фокусом терапевтического внимания в традициях гештальт-терапии выступает процесс творческого приспособления организма к среде, который очевидно, направлен на достижения некоего равновесия, то в рамках психотерапии переживанием таким фокусом является обратный процесс – возникновение и развитие кризиса. Да-да, повторю – возникновение и развитие кризиса.
Правда ли клиент беспомощное существо?!
Клиент может быть психологически не готов к ассимиляции прямых феноменологических реакций терапевта
Подобного рода высокомерная позиция традиционной психотерапии, по всей видимости, проистекает от многочисленных исследований в русле психологии развития, педагогической психологии и инициированных ими соответствующих исследований в психотерапии, в основном динамического свойства. Довольно часто говорят, что в начале терапевтического процесса стоит избегать острых интервенций, а в терапии пограничных и психотических расстройств акцент делать исключительно на поддерживающем характере терапевтической тактики.

ПОЧЕМУ ИНОГДА НЕ СТОИТ ГОВОРИТЬ О СВОИХ ЧУВСТВАХ?
Что делать с чувствами, чтобы понять немного больше о себе?

Мы часто думаем, что знаем, что чувствуем и как с этим быть, но мы практически ничего не знаем о том, как лучше всего обходиться с чувствами.
Мало просто сказать человеку, на которого вы злитесь, что вы злитесь, и разместить напряжение в контакте, хотя, это хороший способ.
Очевидный плюс в том, что вы адекватно и прямо распоряжаетесь этим чувством в контакте.
Очевидный минус в том, что, сообщив человеку о чувстве, вы всего лишь сбрасываете то напряжение, которое у вас есть и больше не чувствуете его.
Но решает ли это первопричину чувства?

ДЛЯ ЧЕГО НУЖНЫ КРИЗИСЫ И КАК ИХ ПРОХОДИТЬ
Много ли пользы в ситуациях, когда земля уходит из-под ног? Кризисы неминуемы, но как облегчить этот процесс?

Здоровый и счастливый человек тот, который все время меняется. Вы не можете быть счастливы сегодня и через 3 года одинаково. И это прекрасная вещь. Чем чаще вы пересматриваете свою жизнь, тем лучше, однако каждый раз меняться нам помогают кризисы. Именно они формируют такое положение вещей, когда жить по-старому больше невозможно, а по-новому неизвестно как.
И в такие моменты складывается впечатление, что почва уходит из-под ног. Человека начинает ломать и что же он делает? Он судорожно ищет способы, которыми можно построить свою жизнь иначе.
Некоторые кризисы могут длиться 2-3 месяца, а некоторые растягиваться на десятилетия.

Совсем не то, что вы думали о Выборе
Казалось бы, тоже знакомая категория. Однако традиционно, несмотря на ее важность, она не рассматривается в качестве самостоятельного терапевтического фактора. В качестве некой важной экзистенциальной темы – да, но не в качестве терапевтического средства. Клиентов поддерживают в самостоятельном акте выбора и принятии ответственности за него. Способность делать свободный и ответственный выбор рассматривается как акт «взросления» человека в процессе психотерапии и критерий его зрелости. И это здорово и очень даже верно. Вместе с тем в диалогово-феноменологическом подходе категория выбора приобретает несколько иное звучание. Поговорим об этом более подробно.

Топ публикаций
Психологические проблемы, которые доводят нас до психосоматики (упражнение). Психологические проблемы, которые доводят нас до психосоматики (упражнение). Когда врач говорит пациенту «Это у вас психологиче...
Я НУЖДАЮСЬ В... Я НУЖДАЮСЬ В... Есть состояние, которые многие люди стараются в се...
9 защит от успеха. Как перестать втыкать себе палки в колёса. 9 защит от успеха. Как перестать втыкать себе палки в колёса. Никто не будет так мешать человеку достигать своей...

Вы можете подписаться на новые публикации на сайте. Для этого нужно просто указать вашу почту.

Новое на форуме

Перейти на форум


Мы в соцсетях

Присоединяйтесь к нам в телеграм

Telegram psy-practice