«Психотерапия – действенный способ лечения лудомании»

Почему возникает лудомания и правдиво ли утверждение, что кто-то склонен к ней больше, а кто-то – менше?

Я заметил в своей психотерапевтической практике (это подтверждают и экспертные исследования, например «Costs and Treatment of Pathological Gambling» Генри Лесиера), что первый путь к лудомании – это привычки воспитания. Так, одного из моих клиентов отец брал ребенком с собой в салон игровых автоматов. Когда он вырос, то уже сам стал проигрывать большие суммы. И это, конечно, влияло на его отношения с женой. Другой путь – экономический. Мой клиент, проигравший более 40 тыс. евро, начал играть, когда родителям нужны были деньги на сложную операцию. Интересно, что его отец мог найти средства, но клиента это все равно не остановило. Третий путь – психологическая зависимость. Она возникает на эффекте вознагрождения с помощью выделения дофамина (нейроэндокринного медиатора, формирующего половое влечение), который активизирует цепочку вознаграждение–удовольствие (М.Ярхаузер). Каждый из этих путей приводит к психологической зависимости. 

Мы можем сказать, что к любой зависимости склонны люди, имевшие проблемы здоровой привязанности

У нас нет четких исследований относительно того, кто более склонен к зависимости, но исходя из теоретического допущения о здоровой зависимости, которая формируется в семье у ребенка с родителями, мы можем сказать, что к любой зависимости склонны люди, имевшие проблемы здоровой привязанности. Например, в детстве не было достаточно эмоционально-теплых отношений. Люди с игровой зависимостью часто вспоминают про эмоционально-холодные отношения, которые не приносили удовольствия. Сейчас они находят удовольствие в игре. 

Какие есть наилучшие методы лечения игровой зависимости? Можно ли выделить страны, достигнувшие в этом вопросе значительных успехов?

Психотерапия – это очень хороший способ лечения. Наиболее эффективными направлениями психотерапии являются экзистенциальный анализ (Третья венская школа), когнитивно-поведенческая терапия, гуманистические направления психотерапии.

В таких странах, как США, Япония, Сингапур есть очень хороший опыт лечения лудомании, поскольку там воплощалась практика открытия казино, а вместе с тем профессиональная психологическая и социальная помощь игрокам. Например, Сингапур открыл свое первое казино в 2010 году, а в 2018-м за онлайн-помощью обратилось 13 580 человек, за профессиональной помощью – около 1000. Это при том, что там есть Национальный совет по проблемам азартных игр, который регулярно информирует об опасности и предоставляет профессиональную помощь. 

Тогда какие механизмы защиты игроков стоит использовать в Украине после легализации азартных игр?

Я считаю, что нам нужно развивать профессиональные и социальные службы. Так, стандарты игровых ассоциаций включают борьбу с лудоманией (смотрите The National Center for Responsible Gaming і American Gaming Association). Для примера я перечислю некоторые организации, которые помогают игрокам и членам их семей, а также информируют общество об опасности зависимости от азартных игр:

  • Gamblers Anonymous (заснована в 1957 році);
  • Gam-Anon International (1968);
  • Национальный совет проблемных азартных игр (1972);
  • Risk Education for Athletes Program (1972);
  • Национальная коалиция против легализации азатрных игр (Том Грэй, Джозеф А. Дан);
  • National Center for Responsible Gaming (1996);
  • GamCare (1997).

К международному опыту и стандартам важно обращаться с учетом социального контекста в Украине. Реклама в интернете также должна сопровождаться контролем. Я часто вижу рекламу, в которой предлагают сыграть в игру, но в противовес этому почти нет рекламы психологической помощи игрокам. Необходимо должным образом формировать осведомленность населения о последствиях азартных игр. К примеру, мало кто говорит о такой статистике азартных игроков в США:

  • сумма задолженностей у зависимых мужчин в разных штатах колеблется от $ 38 664 (Висконсин) до $ 113 640 (Иллинойс);
  • пожизненный долг – $ 61 000. Можно лишь допустить, как это влияет на семью игрока, работу и окружение. Ложь и стресс – постоянные спутники зависимых от игры;
  • в семьях игроков уровень суицида в три раза выше по сравнению со всем населением; депрессия, кишечные заболевания – постоянная проблема;
  • 12–18% игроков совершали попытки суицида, у 45–49% был план суицида, 80% хотели умереть;
  • 26–30% браков зависимых игроков рушатся;
  • 69–76% патологических геймеров имеют проблемы с работой;
  • 9–20% имеют метадоновую зависимость;
  • 70–76% игроков переживают депрессивное расстройство.

В Грузии начали изменять законодательство, поскольку, по мнению общества, засилие рекламы спровоцировало всплеск патологического гэмблинга. Реклама и правда имеет такое влияние на формирование поведенческих расстройств?

Да, я согласень с этим полностью. Нам нужно понять, что способы воздействия игровой зависимости на психику намного более сложные, чем алкогольной, например. Адам Альтер (Adam Alter), преподаватель маркетинга в Нью-Йоркской школе бизнеса, вот что говорит про природу воздействия компьютеров или смартфонов: «Проблема не в том, что людям не хватает силы воли, а в том, что есть тысяча людей по ту сторону экрана, задание которых – разрушить твой самокронтроль». Известно, что фейсбук задействует понимание работы сложных психологических проявлений. Например, эффект «обратной связи», открытый Майклом Зейлером (Michael D. Zeiler), был положен в основу так называемого «лайка». В кахигл есть не менее технологически сложная система автоматов, хорошо описанная в книге Альтера «Нездоланні» (Irresistible). Поэтому игра – это не пассивный стимул. То, как работает наша психика и формирование зависимости, в частности под воздействием СМИ – мы еще мало это осознаем и оцениваем в нашем обществе. Исследования Адама Альтера очень показательны для утверждения, что зависимость и способы рекламы серьезно разрушают психическое здоровье.

Какой должна быть роль Министерства охраны здоровья Украины во внедрении программы лечения игровой зависимости?

Заботиться о психическом здоровье населения. Это главная цель, особенно когда мы говорим о лудомании. Также важно начать делать научные исследования именно в Украине. Без них мы чувствуем себя потерянными. А они формируют направление и эффективность нашего лечения, применение рекламы и ее воздействие.

Учитывая отсутствие профильной статистики, сколько времени понадобится правительству, чтобы выявить приблизительное количество лудоманов?

Если чиновники начнут общаться с Украинскими ассоциациями психологов, с учеными, то это можно сделать за восемь месяцев (чтобы данные выборки были валидными).

Играть будут всегда, и это выбор каждого человека

А как тогда помогать украинским игрокам, которые уже имеют зависимость?

Нужно обратить внимание на то, как это было сделано в Японии, Сингапуре. Я считаю, что нужно подготовить специалистов-психологов и социальных работников, которые смогут предоставлять квалифицированную помощь игрокам. Госорганы должны общаться с психологическими ассоциациями, СМИ, рекламодателями, чтобы формировать медиаподдержку помощи зависимым. Об этом стоит начать говорить. Много кто из лудоманов боится говорить о своей зависимости. Некоторые не знают, что такое зависимость от игр и какие есть критерии зависимости. Родственники обращаются за помощью психолога аж тогда, когда игром просадил уже 10 или 30 тыс. долларов. А что делали до того?

Существует мнение, что ментальность иностранного и украинского игрока отличается. Иностранец рассматривает азартные игры как возможность приятно провести время и потратить небольшую сумму денег. Украинец же может вынести из дома последние деньги и влезть в долги ради призрачного шанса на выигрыш. Как Вы считаете, это правда? 

Это правда, что у нас ментальность отличается. С одной стороны, на Западе экономический уровень жизни выше, чем в Украине. С другой стороны, у нас более мистическое мышление, нежели рациональное. Мы чаще полагаемся на природу, Бога, чудо – это особенность нашего мировоззрения. Как-нибудь оно будет! Берем что-то в кредит, не думая, как его отдавать, а сумма кредита часто превышает доход.

Считаете ли Вы, что чем суровее государственный контроль, тем меньше проблем приносит гэмблинг?

Я считаю, что нет. Играть будут всегда, и это выбор каждого человека. Эото право на свободный выбор. Запрет – это не выход, а повод к поиску объекта зависимости. Следовательно, необходим не запрет, а механизм  регулирования и контроля. Мой близкий друг и коллега, общественный деятель и психолог из Германии д-р Герман Гартфельд (Hermann Hartfeld) сказал про это: «У нас везде играют. Есть и психологические проблемы у людей, но правительство считает, что запрет приведет к нелегальным играм. А так есть контроль, и психологи работают с зависимыми. Придет наверное время, что у нас легализируют наркотики, поскольку нелегальное употребление наркотиков ведет к тысяче смертей. При легализации гашиша, как в Нидерландах, есть контроль – и смертность у них меньше, чем в Германии. Каждая страна должна решить с учеными, что лучше или хуже для нее».

Понравилась публикация? Поделись с друзьями!

Написать комментарий

Возврат к списку