×
Повысить рейтинг
Введите количество баллов которое хотите купить (100 балов = 2$)
*Каждый день, будет сниматься -10 баллов, чтобы поддерживать равные возможности и в рейтинге были наиболее активные психологи.


Уважаемый читатель сайта!
Приглашаем присоединиться к нашим социальным страницам. Спасибо, что ты с нами!
Спасибо, я уже с вами!
Авторизация Регистрация
Логин:

Пароль:
psypractice

Топ публикаций

Вы можете подписаться на новые публикации на сайте. Для этого нужно просто указать вашу почту.


Мы в соцсетях
Новое на форуме

Перейти на форум

Укажите ваш E-mail


подписаться

Присутствуя, мы оказываемся очень ранимы.

16.05.2016 10:48:31
Подписаться на автора
2433
Присутствуя, мы оказываемся очень ранимы.
Присутствуя, мы оказываемся очень ранимы.


Одной из основных задач диалогово-феноменологической психотерапии является восстановление у участников терапевтического процесса способности присутствовать, присутствовать своей жизнью в жизни другого человека. Именно благодаря присутствию у человека реанимируется вкус Жить, появляются силы и мужество переживать свой Путь. Жизнь становится более яркой, хоть и не всегда упрощается. Появляется все больше красок, вкусов, звуков, других проявлений витальности. Однако чтобы сохранить реалистичные представления о природе переживания и контакта, а также избежать культивирования идеального образа присутствия, остановимся немного подробнее на его оборотной, менее романтичной, стороне. 

Помимо колоссальных психологических ресурсов, которые присутствие содержит в себе, оно предполагает собой риск – риск быть раненым или травмированным, риск встретиться в процессе переживания с чем-то, чего человек предпочитает не замечать. Например, с интенсивными неприятными воспоминаниями и чувствами – стыдом, страхом, болью, отчаянием и пр. В процессе присутственного контакта мы зачастую оказываемся очень открытыми, как будто «нервы находятся под самой кожей». Нас могут больно уязвить слова, фразы или отношение к нам, от которых в обычной ситуации поверхностного контакта мы надежно защищены. То, что в дефлексивном контакте мы с привычной легкостью проскакиваем, в присутственном диалоге может нас ранить.

До тех пор, пока не появилась граница-контакт, ее никто не может вероломно нарушить. Так, например, редко когда мы обижаемся или испытываем боль даже при встрече с интенсивными раздражителями в ситуации привычного неприсутствия. Например, в метро, на рынке или в соседской перепалке. Даже в том случае, если сталкиваемся с хамством. В этом случае всегда есть возможность выученного комплементарного ответа – мол, «сам дурак». И, наоборот, гораздо меньший стимул в ситуации непривычного присутствия может привести к разрушительным последствиям. Как, например, в случае, если вы решили сообщить близкому для вас человеку, что он очень дорог для вас и много значит, открыв при этом сердце, а в ответ, услышать: «А ты мне безразличен» или просто какой-нибудь анекдот или отстраненное ироничное замечание. Довольно честно, если оба участника контакта рискуют, одинаково открываясь. И терапевта это касается в первую очередь постольку, поскольку его опыт в этой сфере, как правило, значительно превышает аналогичный опыт клиента. Присутствие терапевта важно еще и по той причине, что именно его риск присутствовать является условием и средством психотерапии, за которую он и получает свой гонорар. 




Понравилась статья? Читай больше вместе с нами


Подписаться на новые комментарии к этой статье:
Подписаться


Другие публикации автора:




яндекс.ћетрика