Повысить рейтинг
Введите количество баллов которое хотите купить (100 балов = 2$)
*Каждый день, будет сниматься -10 баллов, чтобы поддерживать равные возможности и в рейтинге были наиболее активные психологи.
Присоединяйтесь к нам

Чтобы быть в курсе всех интересных новостей, оставьте свою почту

Также следите за нами в соцсетях

Авторизация
Логин:

Пароль:

Авторизация
Логин:

Пароль:

Укажите ваш E-mail
Подписаться

Феномен "рыбака" в психотерапии: объяснение переносом

Подписаться на автора Феномен "рыбака" в психотерапии: объяснение переносом
22 Апреля 2016 11:00:47
3799

В дополнение к тезису о психологической трансформации терапевта в процессе терапии остановлюсь еще немного на одном примечательном и известном большинству начинающих психотерапевтов феномене. Речь идет о специфике выбора клиентом своего терапевта по принципу «рыбак рыбака видит издалека». Так, многие начинающие свою практику специалисты обнаруживают любопытную закономерность. К ним обращаются клиенты с психологическими проблемами, похожими на их собственные. Обычно это обстоятельство погружает молодых психотерапевтов в печаль и тревогу: «Неужели так будет всегда? И почему это происходит со мной?»

На помощь приходит множество объяснений, наиболее популярное из которых исходит из психоаналитической концепции переноса. Причем, похоже, тревога так сильна, что эта концепция с удовольствием и облегчением заимствуется с потрясающей страстью терапевтами различных направлений. Заимствуется даже представителями психотерапевтических направлений и школ, фокусированных в своей теории и практике не на принципе психического детерминизма, а на феноменологии и диалоге. Но всегда ли экологичен этот процесс? По всей видимости, нет. Более того, иногда это совершенно непростительно. Например, вся суть гештальт-терапии извращается в самом основании, если терапевт всерьез апеллирует к представлениям о трансфере[1]. Невозможно жить в пространстве присутственного контакта и переноса одновременно, да и последовательно тоже – эти концепции идеологически антагонистичны. Если психоаналитическая парадигма заботливо предлагает для обращения с метафорой трансфера инструментарий в виде интерпретации свободных ассоциаций и фантазий, то незадачливый гештальт-терапевт, апеллирующий к ней, выглядит как сиротка, получивший игрушку, но совершенно не знающий, как с ней обращаться и куда пристроить. В этом случае, как правило, «рыбак рыбака видит издалека» на протяжении всей психотерапевтической карьеры терапевта.

Размышляя о феномене «проблемной» схожести терапевта и клиента и спасаясь от соответствующей его осознанию тревоги бегством из присутственного контакта в «тихую искусственно-пластмассовую гавань переноса», принято говорить о трансферентных характеристиках. Иначе говоря, именно нюансы поведения и внешнего вида терапевта обусловливают выбор его тем или иным клиентом. Более того, доводя до крайности такого рода бессмысленную эксплуатацию концепции трансфера, некоторые «гештальт-терапевты» любые чувства, желания и выборы рассматривают через призму их «трансферентной природы». В этом месте от гештальт-терапии, похоже, не остается и следа. Не честнее ли признаться, что иногда проявления жизни клиента в контакте с терапевтом и собственные реакции самого терапевта могут пугать, вызывать тревогу, стыд, растерянность, печаль, бессилие и пр. Правда, для этого их вначале следует осознать. Бегство же из присутственного контакта в суррогат его метафоры просто не дает для этого возможности.

Исходя из концепции переноса, для терапевта очень важно понять (слово «осознать» в этом контексте совершенно не годится, потому что сфера осознания уже сужена до туннеля концепции переноса и готовности замечать лишь соответствующие ему феномены) содержание и динамику «трансферентно-контртрансферентных» отношений, чтобы тем или иным образом эксплуатировать это важное знание в интервенциях. Вот тут то и начинаются все проблемы. Если психоаналитик прибегает к интерпретациям, поступая тем самым вполне последовательно, то «гештальт-терапевт» пытается управлять динамикой контакта на основе знаемого. Зачастую получается некая пародия на практику психологии самости Хайнца Кохута. Зато терапевт остается в безопасности и не рискует в процессе терапии ничем. Не рискует быть раненым, уязвимым, столкнуться с болью, стыдом и пр. Не рискует даже своим самоуважением, потому что религиозная[2] по своей базовой природе концепция переноса не предполагает возможности со стороны клиента конфронтировать ее – что бы ни сказал клиент, это лишь подтвердит правильность идеи терапевта. При этом сам терапевт не рискует изменяться и не изменяется. Это оборотная сторона «трансферентизации психотерапии». Полагаю, именно по этой причине диапазон психологической проблематики клиентов, с которой имеют дело такие терапевты, не меняется со временем их практики – «рыбак рыбака, по-прежнему, видит издалека».

 


[1] Трансфер – это прекрасная метафора, созданная психоаналитическим гением для своей парадигмы и идеально подходящая для релевантной ей картины мира. Так же, как и множество других психоаналитических конструктов-метафор – эдипов комплекс, первичная сцена, внутренний объект, плохая и хорошая мать, наконец, Я, Оно и Сверх-Я и пр. Их использование в процессе соответствующей психотерапии очень продуктивно. Но эти метафоры адекватны и полезны лишь в рамках психодинамической детерминистской реальности. За ее пределами они утрачивают свое значение. Если же мы сохраняем искусственным образом за ними методологически фиксированное значение и перемещаемся в пространство феноменологической индетерминистской парадигмы в психотерапии, то мы насилуем поле. Этот процесс, например, вступает в очевидное противоречие с базовыми основаниями гештальт-подхода, согласно которым значение того или иного феномена, определяется тем контекстом, в котором он находится в данный момент.

[2] Религиозная в том смысле, какой вкладывает в это слово Карл Поппер, – в концепцию переноса лишь можно и нужно верить. Проверить же или опровергнуть ее нельзя. Кстати, именно по этой причине этот знаменитый эпистемолог не может присвоить психоанализу статус науки, несмотря на соответствующие притязания его основателя. 

 



Понравилась статья? Расскажите друзьям:

Подписаться на новые комментарии к этой статье:
Подписаться

Комментарии

Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш комментарий добавлен


Другие публикации автора:

КАК ОСТАВИТЬ СЕБЯ В ПОКОЕ И ПЕРЕСТАТЬ МЕНЯТЬ СВОЮ ЖИЗНЬ?
Как поменять свою жизнь, ничего для этого не делая?
Мы живем в эпоху суеты. Это означает примерно следующее – если вы хотите быть счастливым, нужно обязательно что-то делать. И если хотите быть успешным – тоже делать. Даже поменять к чему-то свое отношение – менять же вам, значит и делать тоже вам. Даже изречение «Хочешь быть счастливым – будь» значит то, что за счастье нужно бороться.

А я говорю - нет. Не нужно бороться за счастье. Оно или есть, или нет. Весь фокус в том, мешаете вы ему проявиться, или не мешаете.
Психотерапия – это путь недеяния.
Когда что-то случается в вашей жизни, первое, чем вы начинаете заниматься – это «предпринимательством». Вы думаете, что предпринять, чтобы этого не было, будь то кризис, ссора, отсутствие денег или любви.
Точно так же происходит и в отношениях с другими людьми, у которых произошло что-то в жизни. Вы начинаете что-то советовать, наверняка даже хотите что-то сделать для человека.

"Ты очень красивая сегодня!" О риске быть Живым в процессе психотерапии: случай из практики
Постоянно действующая супервизионная группа. Терапевтическая сессия с включенной супервизией. Клиент Нина, молодая женщина 32 лет, выбрала в качестве терапевта мужчину Сергея, того же возраста. Заявка звучала следующим образом. Нина находится в тревоге по поводу процесса ее «женского увядания», со страхом наблюдает за тем, что «кожа становится менее упругой, появляются морщины, портится фигура». Важно сказать, что Нина – ребенок из семьи с чрезвычайно пуританским воспитанием. Ее родители очень контролирующие, требовательные и скупые на признание люди.
Время и пространство как основа реальности
Представления о прошлом, настоящем и будущем, равно как категории здесь и там, а также Я/ Ты/ Они являются лишь инструментами ориентирования в переживании. Что-то в нем мы замыкаем в рамки воспоминаний, при этом неизбежно острота и витальность переживания снижается, то же происходит и с феноменами «будущего». Поэтому и способ обращения с феноменами, релевантными воспоминаниям и проектам, ограничивается нашими представлениями о времени. Например, переживать будущее как актуальное настоящее невозможно, феномены прошлого, разумеется, также блокируются в своей витальности.
Жизнь после конца Света или одновременно с ним?
Астрономы и физики говорят, что категории пространства и времени очень относительны. Пространство все время расширяется, причем, чем дальше от нас, тем быстрее. Отдаленные точки Вселенной ускользают от нас со скоростью, большей, чем скорость света, поэтому увидеть их не представляется возможным. Но самое интересное, что до Большого Взрыва ни пространства, ни времени не существовало вовсе.
Кто автор мыслей? И какова природа гениев? Мысль как феномен поля.
Мысль – феномен надфункциональный, т.е. напрямую не имеет отношения к какой-либо из функций self. Причем мысль – это феномен первичного опыта, т.е. принадлежит полю, но не индивиду. В этот момент закономерно возникает вопрос: «Кому же тогда принадлежат великие открытия в науке, гениальные концепции в философии и революционные инновации в искусстве?» Мы привыкли связывать каждое из них с именем того или иного гениального человека, с его поисками и его процессом мышления. Не девальвирует ли предлагаемый тезис значение гения в науке, культуре, философии и искусстве? Полагаю, нет. Уделим внимание двум аспектам этой проблемы.

Эксперимент в Психотерапии Переживанием
Пришла пора определить специфику методологии эксперимента, свойственной психотерапии переживанием. Актуален ли эксперимент как средство восстановления и сопровождения переживания? И если да, то есть ли какие-то особенности его использования в рамках методологии диалогово-феноменологического подхода? Если кратко, то на оба вопроса имеет смысл ответить «да». Эксперимент может оказаться очень удачным средством восстановить потерянную способность переживать клиентом свою жизнь. Вместе с тем нельзя обойти вниманием и ряд особенностей, которые приобретает эксперимент в методологии диалогово-феноменологической психотерапии. Поговорим немного о них. 


Топ публикаций
Майкл Мосли — свободная воля это просто миф Майкл Мосли — свободная воля это просто миф Мы тщеславны; мы видим себя лучше, чем мы есть. На...
Идите к черту! Я слишком стара для этого! Идите к черту! Я слишком стара для этого! Популярный американский блоггер Мишель Комбс расск...
«Мама-квочка» - горе для ребенка! «Мама-квочка» - горе для ребенка! Гиперопека - забота, или сломанная судьба?...

Вы можете подписаться на новые публикации на сайте. Для этого нужно просто указать вашу почту.

Новое на форуме

Перейти на форум


Мы в соцсетях

Присоединяйтесь к нам в телеграм

Telegram psy-practice