Повысить рейтинг
Введите количество баллов которое хотите купить (100 балов = 2$)
*Каждый день, будет сниматься -10 баллов, чтобы поддерживать равные возможности и в рейтинге были наиболее активные психологи.
Присоединяйтесь к нам
Авторизация
Логин:

Пароль:

Авторизация
Логин:

Пароль:

Укажите ваш E-mail
Подписаться

Если бы ГИПОТЕЗА умерла

Подписаться на автора Если бы ГИПОТЕЗА умерла
08 Сентября 2016 18:30:50
2029

Представьте себе, что способность человека формировать гипотезы утрачена (отвергнута, или никогда не существовала вовсе). Что это значит для реальности? Это означает лишь одно – в том месте, где был стол с бокалом вина, может отныне появится все, что угодно. Словосочетание «все, что угодно» означает, что мы можем наблюдать как что-то, уже известное и знаемое нами, так и никогда не виденное ранее. Возможно даже нечто настолько неожиданное, что мы не в состоянии будем придать этому какой-либо смысл. Хотя как показывает опыт, мы склонны видеть лишь то, что готовы увидеть. И наоборот, не видим то, что увидеть не ожидаем. Как видите, в этот процесс снова вмешиваются гипотезы о реальности. 

В современной клинической практике такое положение вещей релевантно психозу. Иначе говоря, человека, который воспринимает нечто, что недоступно восприятию других, мы называем сумасшедшим. Не потому ли, что он выступает угрозой нашей стабильности, точнее угрозой нашим представлениям о том, что окружающий мир стабилен? Напомню вам, что еще каких-нибудь несколько столетий назад, безумие не существовало вовсе. Итак, мы не готовы утратить миф о стабильности. Однако приобретая спокойствие, мы теряем новые возможности, коренящиеся в готовности воспринять нечто новое и неожиданное.

Невозможность придать смысл происходящему является проблемой, пугающей нас, лишь до тех пор, пока мы воспринимаем смыслообразование как ментальный процесс, детерминированный все той же динамикой гипотез о сущности реальности. Например, в том случае, если бы нам удалось нивелировать столь радикальные отличия в вероятностном статусе текущих гипотез, тревога бы, несомненно, также нивелировалась. Проще говоря, если бы человек был в готовности осознать в своем жизненном пространстве принципиально любой феномен, то тревога безумия не имела бы источника. Смыслообразование оказалось бы освобожденным из-под гнета правящих гипотез. Более того, формирование смысла вышло бы также из-под юрисдикции концепций. Оно покинуло бы пределы ментальности и распространилось на все пространство переживания. Другими словами, если относиться к смыслу не как к связи текущей ситуации и имеющихся у человека концепций, фиксированных образов и представлений, а как к собственно текущему контексту переживания, то мы будем избавлены от тревоги, которая и индуцирует возникновение и поддержание мифа о стабильности реальности.

Попробую упростить сказанное. Мы привыкли думать, что смысл должен всегда предполагать некую более или менее устойчивую связь с нашим мировоззрением, представлениями о себе и о мире. В этом случае категория смысла апеллирует к концепциям. Разумеется, что в том случае, если тот или иной элемент феноменологического поля вступает в противоречие с любой из важных концепций человека, он просто-напросто выбрасывается за пределы осознавания, поскольку его появление могло бы дестабилизировать «внутренний мир» и жизнь человека. Если же он все же появляется в фокусе осознавания человека, то начинается кризис. Базовые концепции и себе и о мире подвергаются угрозе разрушения, что не может не вызвать тревогу. Причем тревога появляется не только, а порой и не столько у самого агента осознавания. Окружающие люди оказываются иногда напуганными происходящим гораздо больше. Чтобы справиться с этой тревогой, нужно вывести ее источник за пределы «личного» опыта. Так несколько столетий назад появились первые представления о безумии и безумцах. Практически одновременно с этим возникла и тенденция к сегрегации людей, «осознающих невозможное». Теперь правящие концепции могли быть в безопасности. Однако судя по тому, что количество «психических нарушений» и соответствующих им руководств и справочников десятилетие от десятилетия только растет, тревога от рассогласования содержания концепций и новых феноменов со временем никак не уменьшается.

И вот тут-то очевидной становится следующая альтернатива – или продолжающееся расширение средств сегрегации, или трансформация представлений о смысле для того, чтобы уничтожить источник тревоги. Каким же может быть новое более гибкое понимание смысла? Каков путь трансформации этой категории? Уверен лишь в одном, что он должен пролегать через освобождение от власти любых ригидных концепций. Иначе говоря, смена власти одних концепций на власть других никак этому не поможет. На мой взгляд, концепции вовсе не нужны для процесса смыслообразования. Да и вообще, формирование смысла не исключительно ментальный процесс, но основная функция процесса переживания. Другими словами, мы можем придавать смысл, не ограничиваясь рамками понимания, но выходя за его пределы в более широкое пространство осознавания. Таким образом, формирование смысла – это осознавание не головой, а всей нашей сутью того, что происходит в мире. Более того, это еще и процесс формирования того, что происходит в мире, равно как и самого мира. Радикальная трансформация категории смыслообразования, не правда ли? Но только такой подход, который мы уже предприняли в раках диалогово-феноменологической психотерапии, позволил бы нам избавиться от тех колоссальных ограничений, который накладывает на нас миф о стабильности реальности.

 По мнению Ж. Блеза, именно невозможность придать смысл происходящему лежит в основе формирования психозов [из личной беседы].

 «Смысл — сущность любого феномена, которая не совпадает с ним самим и связывает его с более широким контекстом реальности. Смысл феномена оправдывает существование феномена, так как определяет его место в некоторой целостности, вводит Отношения «часть-целое», делает его необходимым в качестве части этой целостности. Смыслом также называют мнимое или реальное предназначение каких-либо вещей, слов, понятий или действий, заложенное конкретной личностью или общностью. Противоположностью смысла является бессмысленность, то есть отсутствие конкретного предназначения… Смысл — это понятие подразумеваемое, и оно прямо зависит от знаний о предмете. Незнакомая вещь может показаться бессмысленной, если неизвестно, как ею пользоваться, то есть, как можно извлечь из неё пользу. И, наоборот, по незнанию вещь может наделяться ложными полезными качествами и обладать, с этой точки зрения, значимым смыслом».




Теги: Игорь Погодин
Понравилась статья? Расскажите друзьям:

Подписаться на новые комментарии к этой статье:
Подписаться

Комментарии

Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш комментарий добавлен


Другие публикации автора:

Медитация и фундаментальный парадокс присутствия в психотерапии
Рассуждая таким образом над сущностью фундаментального парадокса присутствия и утверждая, что доступ к Господу лежит через нивелирование образа Господа, как не вспомнить расхожую фразу – «Встретишь Будду – убей Будду». Каким же образом совершается «убийство» Будды в буддистской традиции? Если в параграфе о христианстве мы говорили о молитве как способе деконструкции образа Бога, то в данном случае речь пойдет о медитации как основной духовной практике в буддизме и индуизме, а также важной составляющей йоги.
Может ли терапевт вносить свой интерес в терапевтическую сессию
Спонтанная реакция терапевта может сместить фигуру сессии. Таким образом, произойдет подмена: вместо того, чтобы обсуждать то, что хочет клиент, мы окажемся в пространстве, обусловленном реакцией терапевта
Во-первых, фигура сессии это несправедливое относительно методологии гештальт-терапии словосочетание. Соотношение фигуры и фона в течение сессии может многократно изменяться. Более того, на этом и основана психотерапия. Поэтому страхи о том, что интервенция терапевта может сместить фигуру, вызывают, по крайней мере, некоторое удивление. Понятие фигуры более справедливо по отношению не к клиенту или терапевту, а к феноменологическому полю.

Как социализация ограничивает творческий полет мысли
Немного обобщив, полагаю, не ошибусь, утверждая, что современная культура – это культура альтернативы между творчеством в переживании с последующей сегрегацией и приспособлением к конвенциональной реальности. Хотя относительно двух последних утверждений следует сделать некоторый комментарий. Могло показаться так, что я всерьез рассуждаю о свободе выбора ребенка нескольких дней или месяцев жизни между сохранением свободы творческого переживания и адаптацией. В реальности же социализация – это совершенная «машина убийства творчества переживания».

О сопротивлении в гештальт-терапии: Механизмы прерывания контакта или способы его формирования?
Поговорим сейчас немного о том, каким образом понимается сопротивление в гештальт-терапии – материнской парадигме диалогово-феноменологической психотерапии. Это важно постольку, поскольку имеет ключевое значение для понимания сути некоторых терапевтических феноменов в психотерапии, фокусированной на переживании.
ПРИРОДА РАСПРОСТРАНЕНИЯ КОНЦЕПЦИЙ
Как распространяются концепции? Почему некоторые концепции разделяют миллионы людей? И что с этим делать?
Концепция по сути вирус. И по способу управления вашей жизнью и по механизмам распространения.
Для того, чтобы носитель вируса «заразил» другого человека тем или иным концептуальным штаммом, не нужен специально продуманный педагогический проект. Достаточно того, что вы наблюдаете этого человека.
Ребенку не нужно знать ничего о природе электрического тока, но благодаря акту наблюдения его родителей и множества других людей, он уже находится в зоне действия концепции. И его ударит током в случае, если он затолкнет в розетку заколку для волос своей матери или сестры. Наверняка, в детстве вы пробовали такой эксперимент еще до того, как стали посещать уроки физики в средней школе.
КОНЦЕПЦИЯ И ЗНАНИЕ О КОНЦЕПЦИИ ЭТО РАЗНЫЕ ВЕЩИ
Иногда они сопутствуют друг другу, по большей же части – нет. Это неважно. Концепция это комплекс фактов сознания, которые появляются как дружная компания старых друзей – всегда вместе.
Вам не нужно ничего знать о биологических процессах старения и умирания, но когда придет время, вы заметите морщины на лице и одышку в груди.

Эксперимент в Психотерапии Переживанием
Пришла пора определить специфику методологии эксперимента, свойственной психотерапии переживанием. Актуален ли эксперимент как средство восстановления и сопровождения переживания? И если да, то есть ли какие-то особенности его использования в рамках методологии диалогово-феноменологического подхода? Если кратко, то на оба вопроса имеет смысл ответить «да». Эксперимент может оказаться очень удачным средством восстановить потерянную способность переживать клиентом свою жизнь. Вместе с тем нельзя обойти вниманием и ряд особенностей, которые приобретает эксперимент в методологии диалогово-феноменологической психотерапии. Поговорим немного о них. 


Топ публикаций
БАЛАНС ПОДДЕРЖКИ И ФРУСТРАЦИИ БАЛАНС ПОДДЕРЖКИ И ФРУСТРАЦИИ Застревание в благодушии по отношению к себе так ж...
Анатомия зависти Анатомия зависти Зависть, - состояние человека, вызванное желанием ...
СИСТЕМНЫЙ РЭКЕТ ИЛИ КАК НАША ПСИХИКА ЗАГОНЯЕТ НАС В ПОРОЧНЫЙ КРУГ СИСТЕМНЫЙ РЭКЕТ ИЛИ КАК НАША ПСИХИКА ЗАГОНЯЕТ НАС В ПОРОЧНЫЙ КРУГ Хотим быть любимыми и отталкиваем от себя людей – ...

Вы можете подписаться на новые публикации на сайте. Для этого нужно просто указать вашу почту.

Новое на форуме

Перейти на форум


Мы в соцсетях

Присоединяйтесь к нам в телеграм

Telegram psy-practice