Прочее 08 Июля 2018 Александр Дмитренко

Просмотров: 7798 Поделится:

Допущения о довербальных аспектах формирования гендерной идентичности

Индивидуальное самоопределение человеком своего положения в системе измерений мужское и женское, маскулинное и фемининное отражает его гендерную идентичность. Гендерная идентичность – это многоуровневое явление. В ее основе лежит биологий фундамент, который закладывается в момент зачатия и определяет половые анатомо-морфологические и физиологические особенности. На него после рождения надстраиваются социально-психологические и культурные воздействия. Однако ввиду того, что пол, по мнению Дж.Мани и Р.Столлера, изначально не имеет никакой психической репрезентации, процесс гендерной идентификации – исключительно постнатальный и зависит в большей степени от социально-психологических факторов [3, 4].
По предположению Р.Столлера, гендерная идентичность формируется вокруг ядра, которое закладывается к одному-двум годам и определяет базовое сознательное и бессознательное ощущение себя как мужчины или женщины в течение всей последующей жизни. Причем возраст формирования ядерной гендерной идентичности исключает влияние кастрационной тревоги или зависти к пенису как фундаментальных процессов периода эдипального конфликта. Дж.Мани отметил, что гендерная идентичность дифференцируется в довербальный период развития. М.Малер и коллеги предположили, что гордость мальчиков пенисом и телесный нарциссизм девочек берут свое начало в анальной фазе [2].
Р.Столлер среди определяющих ядерную гендерную идентичность факторов выделил строение гениталий при рождении, служащее основанием для предписания того или иного пола младенцу и влияющее на формирование его примитивного телесного Эго и чувства самости, а также сознательные и бессознательные интеракции в материнско-младенческой матрице. Последние обусловлены бессознательными ожиданиями матери в отношении пола ребенка, особенностями ее личной гендерной идентичности, объемом либидинальной и фрустрационной нагрузки в диаде мать-дитя, а также характером отношений матери с отцом ребенка.
Таким образом, ведущими факторами формирования ядра гендерной идентичности являются ранние телесные переживания и бессознательная коммуникация с матерью, а точнее – влияние бессознательного матери на недифференцированную психосоматическую матрицу младенца.
Дж.Макдугалл считает, что бессознательное матери – это самая ранняя внешняя реальностью ребенка. Она структурирована ее собственными детскими переживаниями и представлениями, а также взаимоотношениями с отцом ребенка. Все вместе это определяет характер обращения матери с гениталиями младенца, стимулируя развитие его телесного Эго, самости и гендерной идентичности в направлении синтеза или конфликта [1].
По мнению Дж.Макдугалл, в процессе ранней дифференциации психосоматической матрицы младенца важную роль играют фантазий матери о пенисе, которые так или иначе транслируются младенцу через окрас эмоционально-тактильного взаимодействия с его гениталиями независимо от пола. Либидинально заряженный, нарциссически усиливающий образ пениса в этих фантазиях «инвестирует» в младенца не только удовлетворительные объектные отношения с мужчинами, но и удовлетворенность собственной гендерной идентичностью и телесной реальностью матери. Если же в бессознательном матери пенис лишен либидинальной нагрузки, психическая репрезентация пола матери может стать репрезентацией безграничной пустоты, а сам пенис – репрезентацией чего-то идеализированного, не доступного для желания и идентификации, либо же мощного деструктивного и преследующего частичного объекта.
С учетом этого, я позволю себе предположить, что еще в симбиотической фазе развития младенец уже включен в бессознательные триангулярные отношения, и в его психосоматическую матрицу транслируются про-образы гендерно специфичных частичных объектов: вагины и принадлежащего «третьему» пениса. Из такого предположения следует, что, возможно, именно таким путем в бессознательном младенца, наряду с хорошей и плохой грудью, возникают примитивные образы пениса и вагины (либидинальные или фрустрирующие), обусловливающие ранние переживания эдипального характера. Кроме того, вне зависимости от пола младенца психическая бисексуальность – это, в том числе, и результат воздействия нагруженного объектными отношениями бессознательного матери.
Я предполагаю также, что параллельно с развитием у младенца образа собственного тела в тесной коммуникации с матерью у него формируются и примитивные репрезентации образа тела другого, имеющие комплементарный или конкордантный характер.
Развитие внутренней репрезентации телесной реальности ребенка, включающей его генитальную зону, вместе с представлениями/фантазиями о телесной реальности матери и отца как третьего являются неотъемлемыми составляющими и предвестниками общей консолидации собственного Я и образов других, окончательное оформление которых происходит уже период эдипального конфликта.
Суммируя вышесказанное, можно предположить:
  1. Бессознательное матери выступает для недифференцированной психосоматической матрицы младенца источником про-образов гендерно специфичных частичных объектов.
  2. Развитие телесного Эго встречает в бессознательном младенца про-образы этих гендерно специфичных частичных объектов и включает их в телесную реальность.
  3. Характер будущей удовлетворенности своей телесной реальностью определяется степенью либидинальной или антилибидинальной нагрузки гендерно специфичных частичных объектов в бессознательном матери.
  4. Психические репрезентации собственного тела у младенца развиваются вместе с репрезентациями тела матери и инкорпорацией ее фантазий о теле отца, имеющими комплементарный или конкордантный характер к телесной реальности младенца.
  5. Ядро гендерной идентичности формируется на основе фантазий о совместимости собственного тела с телом другого (матери или отца).
Конечно, попытки осмысления самой ранней, довербальной, психической реальности являются по большей части спекулятивными. Но психоаналитическое понимание первичных процессов гендерной идентификации необходимо для оформления более полной картины важного для становления идентичности периода – эдипального. Я предпринял попытку привлечь внимание к гендерным аспектам того багажа, с которым в эдипальный период входит бессознательное ребенка, в надежде на то, что более верные и обоснованные формулировки станут результатом дискуссии.
 
Литература:
  1. МакДугалл Дж. Театры тела: Психоаналитический подход к лечению психосоматических расстройств. – М.: Когито-Центр, 2013. – 215 с.
  2. Малер М., Пайн Ф., Бергман А. Психологическое рождение человеческого младенца: Симбиоз и индивидуация. – М.: Когито-Центр, 2011. – 413 с.
  3. Money J., Tucker P. Sexual Signatures on Being a Man or a Woman. – London: ABACUS, 1977. – 189 p.
  4. Stoller R. Sex and Gender: The Development of Masculinity and Femininity. Режим доступа:
Понравилась публикация? Поделись с друзьями!

Возврат к списку