Повысить рейтинг
Введите количество баллов которое хотите купить (100 балов = 2$)
*Каждый день, будет сниматься -10 баллов, чтобы поддерживать равные возможности и в рейтинге были наиболее активные психологи.
Присоединяйтесь к нам
Авторизация
Логин:

Пароль:

Авторизация
Логин:

Пароль:

Укажите ваш E-mail
Подписаться

«У меня нет проблем — все дело в нем/в ней» или почему бывает трудно работать с супружескими парами

Подписаться на автора «У меня нет проблем — все дело в нем/в ней» или почему бывает трудно работать с супружескими парами
10 Августа 2016 23:14:52
3243

Супружеские пары могут быть трудными в общении по ряду причин, склонность к постоянным ссорам — лишь один из возможных вариантов, с которыми нам приходится иметь дело в процессе работы. Были выделены и другие проявления сопротивления в супружеской психотерапии, о которых пойдет речь ниже.
Фатализм. «Мы всегда были такими, с первой нашей встречи. Даже наши почтенные родители общались друг с другом подобным образом. Не знаю, чем вы можете нам помочь, все, что мы пробовали, оказалось безрезультатным».
Взаимные обвинения. «Послушайте, я здесь, потому что меня привела жена. Проблема заключается в ней. У меня все прекрасно. Если не считать того, что она все время жалуется».
Попытка создать альянс с психотерапевтом. «Послушайте, я сделаю все возможное, чтобы помочь исцелить моего мужа. В последнее время он неважно себя чувствует. Возможно, вместе нам удастся что-нибудь предпринять. Я перепробовала все, что было возможно».
Один ищет выход, а другой нет. «Мой муж предал меня. Я не доверяю ему и никогда уже не смогу доверять. Он говорит, что сделает все для сохранения брака. Я считаю, что уже слишком поздно. Я здесь только потому, чтобы не говорили, будто я не испробовала все средства, прежде чем уйти от него».
• Отрицание прогресса. «Она утверждает, что стала чаще выступать инициатором сексуального общения, но у меня иное мнение».
Намеренные искажения. «У нашего ребенка опять появились проблемы в учебе. Если не возражаете, мы бы хотели начать именно с этого».
Конечно, психотерапевту нелегко противостоять и таким формам супружеского сопротивления, однако они бледнеют на фоне острых конфликтов между супругами, да еще на повышенных тонах. Конфликтующая супружеская пара включает сразу двух трудных в общении людей, которые отличаются отсутствием гибкости и склочным характером. Другая характерная особенность - выраженность конфликтов и обоюдная заинтересованность в их продолжении, извращенное удовлетворение, которое они, по-видимому, испытывают от ритуальных стычек, а также сопротивление при попытке изменить дисфункциональные паттерны их взаимодействия. Все люди сопротивляются изменениям, что отражает их страх перед неизвестностью, однако ситуация еще более осложняется, когда под угрозой находится эмоциональная стабильность. «Независимо от причин потребность в стабильности в семьях настолько сильна, что к психотерапевту их приводит не стремление к изменениям, а невозможность к ним приспособиться. Большинство семей приходят в психотерапию в результате появления нежелательных изменений или неумения к ним приспособиться».
Каждый участник конфликта не желает отказываться от того, что хорошо знакомо, в погоне за призрачной целью, из боязни ухудшить свое положение. Партнеры вступают в непримиримую схватку, чтобы предотвратить угрозу своей самооценке. Сама возможность изменений становится более пугающей, нежели перспектива вечно ссориться.
«Я ненавижу все эти препирательства, — заявляет муж, — но, если привыкнуть, все не так уж плохо».
Ему вторит жена: «Я тоже терпеть не могу ссор, но, во всяком случае, другого способа общения у нас нет».
Конечно, они многого не договаривают: в душе им нравится нападать друг на друга. Это для них, возможно, единственный способ выразить свои чувства и заявить о своих потребностях. Кроме того, это удобный предлог уйти в сторону от исследования глубинных причин недовольства своими брачными отношениями.
Один из способов разрешения конфликтов между супругами - научить их выражать свои чувства, не нанося друг другу оскорблений. Поскольку супружеские узы для взрослых людей чрезвычайно значимы, у партнеров неизбежно появляются интенсивные эмоциональные реакции друг на друга.
Гринберг и Джонсон разработали эмоционально-фокусированную психотерапию  для пар, цель которой - приобретение каждым партнером опыта эмоционально окрашенного общения и выражения своих чувств, с тем чтобы второй супруг мог их понять и отреагировать. Эта процедура стала стандартной для многих подходов в супружеской психотерапии. Каждому из партнеров помогают выразить чувства, лежащие в основе агрессивности, будь то боязнь быть оставленным, страх вступать в интимные отношения и тому подобное.
Авторы предлагают пошаговую программу разрешения супружеского конфликта, начиная с констатации скрытых проблем. Психотерапевт обозначает позиции каждого из партнеров в отношении друг друга. Дается определение проблемы в терминах эмоциональной боли: «Какие ваши потребности не находят удовлетворения в браке? Боль какого рода вы испытываете? Какие ваши наиболее уязвимые места? Чего вы опасаетесь? Когда вы испытываете гнев, какие еще чувства вас охватывают?»
Далее психотерапевт пытается проанализировать цикл взаимодействия. Если говорить в терминах коммуникационных паттернов, как выглядит порочный круг взаимодействия в данной семье? Как партнеры провоцируют друг друга и как, в свою очередь, наказывают?
«Я обратил внимание на тот сценарий, который вы постоянно разыгрываете: сначала, Кэрол, вы просите мужа быть с вами более откровенным. Вы, Берт, пытаетесь повиноваться и высказываете свою точку зрения. Ваши слова звучат искренне, но с лица не сходит выражение типа “Я делаю это, хотя мне это все не по душе”. Именно в этот момент вы, Кэрол, начинаете раздражаться по поводу того, что Берт приводит чересчур подробные описания. Затем вы прерываете его на середине фразы, объясняя это тем, что он недостаточно откровенен. Берт чувствует обиду и самоустраняется. Он начинает вас провоцировать. Вы не остаетесь в долгу. И вновь война. Я наблюдал все это уже несколько раз здесь, в офисе».
Именно в этот момент психотерапевты расходятся во мнениях, что же делать дальше. Гринберг и Джонсон, а также другие сторонники психотерапевтического подхода, основанного на опыте, помогают супругам признать и искренне выразить свои чувства, поощряют терпимость к позиции другой стороны, вместо того чтобы докапываться до причин гнева и раздражения, стремятся к тому, чтобы один из супругов мягко и тактично выражал свои потребности, чтобы другой не чувствовал себя отвергнутым или униженным.
Некоторые авторы, напротив, считают, что целесообразно более прямое и открытое общение с конфликтующими супругами. Семейные психотерапевты — сторонники поведенческого подхода концентрируют внимание на неконструктивных видах поведения и пытаются заменить их проявлениями нежности и заботы. Структурные психотерапевты работают над перераспределением властных функций между супругами, в то время как стратегические терапевты озабочены прерыванием дисфункциональных паттернов взаимодействия. Есть и такие, кто, подобно Николсу, отдает предпочтение еще более прагматичному подходу, сосредоточиваясь на усилении взаимной преданности супругов, налаживании доверительных отношений между ними.
Важно помнить, однако, что не существует единственно верной стратегии работы с агрессивно настроенными супругами: психотерапевт должен делать все возможное, чтобы разрушить деструктивные паттерны их взаимодействия. Это подразумевает работу и с невыраженными чувствами, и с иррациональными убеждениями, и с неразрешенными проблемами родительской семьи, и с внутренними проблемами, и с разделением ответственности, и с различными внешними факторами, которые оказывают влияние на все вышеперечисленное.
Сводя все терапевтические вмешательства воедино и выделяя главное, Шэй акцентирует внимание на основном терапевтическом принципе при работе с конфликтующими между собой супругами: ВСЕ ВЫХОДЯТ ИЗ ОФИСА ЖИВЫМИ. Конечно, супруги имеют право ссориться, но их борьба должна быть честной. Они могут выяснять отношения, сохраняя при этом уважение друг к другу. Их поведение может быть сколь угодно экспрессивным, но физическая и психологическая безопасность другого человека не должны находиться под угрозой.
Как правило, в присутствии свидетелей супруги ведут себя более вежливо и прилично, чем наедине, особенно если мнение присутствующих им небезразлично. Встречаются, однако, исключения, когда один или оба партнера не могут контролировать свое поведение независимо от окружающей обстановки. Такие супруги будут выяснять отношения, находясь в переполненном ресторане или же в вашем офисе с той же горячностью, как делали бы это в собственной гостиной.
Если не удается призвать клиентов к порядку и воспользоваться их передышкой во время ссоры, мало что вообще можно сделать. Задача, следовательно, состоит в том, чтобы отвлечь супругов от перепалки и переключить их внимание на что-то другое. Только в этом случае можно гарантировать соблюдение основного принципа: все выходят из офиса живыми. В частности, Шэй рекомендует с целью восстановления спокойствия завести речь о прошлом, хотя некоторые пары могут воспользоваться этим и начать пререкаться по излюбленным вопросам.
Если это вмешательство не помогает, Шэй предлагает испробовать метод решения проблем. Когда участники вместе работают над разрешением общей проблемы, накал страстей стихает. На каком бы методе вмешательства психотерапевт ни остановил свой выбор, конфликтные супруги должны быть нейтрализованы до того, как начнут пререкаться, иначе впоследствии вмешаться будет гораздо сложнее. Заручившись согласием клиентов соблюдать основные правила человеческого общения — говорить спокойно, не кричать, не перебивать друг друга, воздерживаться от оскорбительных замечаний и обвинений, можно привить им более здоровый стиль общения. Супругам предстоит научиться выражать свою обиду, не оскорбляя друг друга, брать на себя ответственность за происходящее, вместо того чтобы обвинять партнера.
Как считает Бергман, конфликтующим супругам целесообразно давать домашние задания. Паре предлагается каждый вечер в течение пяти минут обсуждать свои обиды. При этом следует использовать исключительно местоимение «я» на протяжении всего упражнения, чтобы воздерживаться от нападок друг на друга или проявлений раздражения. Если один из партнеров говорит, другой внимательно его слушает, затем приносит свои извинения, сожалеет о невольно причиненной обиде и просит прощения. Хотя подобные рекомендации могут встретить возражения или даже причинить вред, если пустить все на самотек, большинство трудностей легко преодолеть, предоставив паре возможность попрактиковаться на сессии, прежде чем приступать к выполнению задания дома. Эта стратегия подходит лишь для половины пар, которые дали согласие на выполнение задания, остальные по-прежнему будут ссориться. Этим последним всегда можно дать парадоксальное предписание ссориться как можно чаще. Хотя парадоксальные вмешательства терпят фиаско не реже, чем прямые, они, по крайней мере, позволяют избежать скуки из-за постоянного повторения одних и тех же приемов. Уолтерс предлагает и наилучший путь для отступления: «Работая в качестве психотерапевтов, мы не можем изменить все общество, но в наших силах помочь людям более оптимистично относиться к происходящему вокруг: пусть знают, что они не пассивные наблюдатели, а актеры, успех которых в значительной мере определяется пониманием смысла разыгрываемого представления».
Bergman, J.S. Fishing for Barracuda: Pragmatics of Brief Systemic Theory 1985
Greenberg, L.S. and Johnson, S.M. Emotion-Focused Therapy for Couples. 1988
Jeffrey A. Kottler. The compleat therapist. Compassionate therapy: Working with difficult clients. San Francisco: Jossey-Bass. 1991 (автор текста)
Luther, G. and Loev, I. Resistance in Marital Therapy.  Journal of Marital and Family Therapy. 1981
Shay, J. J. Rules of thumb for the all-thumbs therapist: Weathering the marital storm. 1990



Теги: Психосоматика, Психотерапия, Заметки психолога, Методики, Трудный клиент, Семейная терапия
Понравилась статья? Расскажите друзьям:

Подписаться на новые комментарии к этой статье:
Подписаться

Комментарии

Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш комментарий добавлен


Другие публикации автора:

Облысение на фоне привычного стресса. Маскированная депрессия и алопеция.
Выбирая одно и то же расстройство или заболевание мы можем рассматривать его с абсолютно разных сторон, как с точки зрения ситуативного стресс фактора, гормонального дисбаланса, конституционального проявления, невротического расстройства, психологической травмы, вторичной выгоды так и с точки зрения соматизированной депрессии и пр..
«МАМА» - конституциональные теории. Здоровая психосоматика.
Всем мамам посвящается. Что такое здоровая (нормальная) психосоматика, и как она соотносится с нашими психологическими проблемами. Изначально эта заметка была продолжением цикла статей о депрессии, и в частности посвящалась конкретно психологическим причинам послеродовых психосоматических расстройств. Но в процессе написания, так или иначе, все сводилось к тому, что в основе этих проблем постоянно оказываются неоправданные ожидания, и не только от ребенка и близких, а на самом деле и от себя лично. Поскольку в идеале почти каждая беременная женщина представляет, каким будет ее малыш, как она будет за ним ухаживать, как ей в этом будет помогать супруг и пр. Но сталкиваясь с «суровыми буднями», мама понимает, что многое из того, что в ее понимании и планировании своего материнства казалось элементарным, очевидным и естественным, при воплощении в реальность зачастую оказывается непосильным трудом для нее самой в первую очередь. Как такое может быть?
Послеродовое обсессивно-компульсивное расстройство это не "пунктики".
«У меня возникают картинки, как я причиняю вред своему ребенку», «Я все время боюсь инфекций, микробов и того, что мой малыш заболеет» и т.д.
Тезисно о домашнем (семейном) насилии.
Отдавая дань стереотипам, домашнее насилие мы рассматриваем в связке «муж-жена», в то время как ему в равной степени подвержены все участники, независимо от возраста, пола и состава семьи. Связи «насильник-жертва» могут быть самыми неожиданными: муж-жена/жена-муж; отец-сын/отец-дочь и наоборот; мать-сын/мать-дочь и наоборот; брат-сестра/сестра-брат; брат-брат/сестра-сестра и группа. Поэтому я расскажу о насильнике и жертве без ролевой привязки.
Моббинг и харассмент – наиболее частые причины «офисной психосоматики»
«Букет» соматических и психических заболеваний, резкое падение производительности и пр. – именно эти критерии заставили исследователей обратить внимание на явление, получившее вследствие название моббинга.
"ПСЕВДОГЛУХОТА" - "О ЧЕМ ГОВОРЯТ С МУЖЧИНАМИ?"
Я знаю, мне говорили что у детей болят уши когда в семье много криков, ссор, оскорблений и пр.. Но это совсем не про нас. У нас с мужем хорошие отношения, да и в целом мы приходим такие уставшие, что думать можем только об отдыхе, нам не до криков... Няня у нас очень добрая, внимательная это она первая заметила, что с ребенком что-то не то...

Топ публикаций
Что во мне не так, что если от меня уходят (обратная сторона)? Что во мне не так, что если от меня уходят (обратная сторона)? Посвящается тем, кто не верит в любовь, а еще боль...
Такая разная близость. Такая разная близость. Цикл о созависимых отношениях «История одного расс...
«Ты где?» вместо «здравствуй» «Ты где?» вместо «здравствуй» «Ты где?» вместо «здравствуй»; «что случилось?» вм...

Вы можете подписаться на новые публикации на сайте. Для этого нужно просто указать вашу почту.

Новое на форуме

Перейти на форум


Мы в соцсетях

Присоединяйтесь к нам в телеграм

Telegram psy-practice