Психологический порлат Psy-practice

Почему у меня со всеми моими мужиками повторяется одно и то же! (6)

Мне не жаль, что страдаю,
Жаль, что время прошло.

Я продолжаю иллюстрировать логику действия сценарной игры на примере отношений Игоря и Маши, вернее, уже только Маши, так как эта пара распалась. После тяжелого разрыва отношений люди очень часто либо «вышибают клин клином», тут же бросаясь в новые отношения (что произошло с Игорем), либо пребывают в состоянии душевной оглушенности в течение длительного времени. Маше для того, чтобы прийти в себя, потребовалось почти два года. Но, к своему ужасу, она заметила, что уже на втором месяце отношений с новым молодым человеком в них стали просматриваться ситуации, очень сильно ей знакомые по истории с Игорем.

 Почему у меня со всеми моими мужиками повторяется одно и то же 6

Любовь зла, или магия любовной химии

Говорят, что в любовной химии есть что-то биологическое, людей бросает в объятия друг другу сама природа. Другие более склонны верить в мистику и в происки судьбы. Психологи любят рассуждать о детских импринтингах или о том, что девушки склонны влюбляться в мужчин, похожих на их отцов, а молодые люди выбирают тех, кто похож на их матерей. Не будем вдаваться в эти споры, так как в случае Маши явно просматривается детский импринтинг.

С отцом у нее не случилось ни душевной, ни эмоциональной связи, так что он в ее судьбе сам по себе не сыграл особой роли, разве что подкинул в ее жизненную историю сюжет измены. «Роковым мужчиной» для Маши оказался ее дядя, младший брат отца. Психоаналитики изрядно покопались в вопросах детской эротичности, но здесь мы сошлемся только на то обстоятельство, что некоторые девочки и мальчики способны глубоко и сильно влюбляться с самого раннего детства. В чем именно проявляется детская влюблённость, сказать сложно, но в ней бесспорно может присутствовать и страсть, и та особая энергетика, которая по мере биологического созревания человека превращается в эротическую и сексуальную энергию.

Дети способны влюбляться в человека всей душой, и они порой оказываются очень проницательны, настолько, что видят самые глубинные и даже скрытые черты характера своего избранника. Но, тем не менее, чаще всего им в душу впечатываются лишь какие-то внешние проявления человека, лишь некоторые особенности его поведения. В случае с Машей в ее душу запала веселость дяди Юры, его склонность к дурачествам и придумыванию смешных историй.

Если бы Машина мама после развода с ее отцом не оборвала все связи с его семейством, в том числе и с дядей Юрой, то Маша по мере взросления смогла бы рассмотреть в своем избраннике и более значимые черты его характера, смогла бы как говориться: «понять его сущность». Но так случилось, что он исчез из ее жизни слишком рано, поэтому в ее душе отпечатался только образ слегка инфантильного и задорного мужчины. Маша тогда еще не могла понять, что их близость с дядей Юрой была обусловлена его способностью чувствовать вибрации чужой души и быть завороженным туманными образами детской фантазии – все это ей тогда казалось чем-то самим собой разумеющимся.

Если девочка с младенчества чувствует любовь своего отца и эта любовь взаимна, то она имеет возможность выращивать в своей душе его образ, и этот образ становится все сложнее и глубже по мере ее взросления. Можно сказать, что в счастливых и полных семьях детские импринтинги «взрослеют» и развиваются вместе с теми, в чьи души они были впечатаны.

Но жизнь далеко не всегда и не для всех оборачивается красивой сказкой. К сожалению, родители порой дискредитируют в глазах ребенка тот светлый образ, который явился ему изначально. Или, как это случилось в Машиной истории, идеальный образ мужчины не успел проявиться и созреть в ее психике из-за того, что тот, кто послужил его прообразом, просто исчез из ее жизни.

Если подвести краткий итог только что сказанного, то можно отметить, что девушки постоянно влюбляются в не тех мужчин, потому что в их памяти отпечатались только внешние черты их «рокового мужчины». Они обманываются в своем избраннике, ведь за внешними проявлениями, похожими на что-то заветное, может спрятаться что-то совсем иное. В случае с Машиным восприятием дяди Юры она не могла, будучи ребенком, понять, что его экстраверность – это только психологическая защита. По сути, он был человеком, склонным к камерным и избирательным контактам.

Стоит отметить, что и взрослые люди порой видят в собеседнике поверхностного истероида только потому, что тот артистичен и разговорчив, не понимая, что его веселость и разговорчивость – это просто дымовая завеса. Более базовые черты его характера появляется возможность рассмотреть только после того, как он начнет вам доверять. Так что, чего нам ожидать от детского восприятия! И стоит ли удивляться тому, что любовная химия часто срабатывает не с тем, с кем нужно.

 

Сценарные игры и стратегии преодоления травмы

Сценарная игра – это очень сильный психологический механизм, триггером к ее запуску часто оказывается как раз вспыхнувшая в отношениях между людьми любовная химия. Мы знаем, что любовь способна выродиться в ненависть, так и энергия любовной химии может приводить не к душевной близости, а быть использована для запуска сценарной игры, особенно если первая «образцовая влюбленность» была внезапно оборвана и вызвала душевную травму.

Можно сказать, что сценарная игра – это тот способ, которым человек стал преодолевать свою травму, или способ его психологического выживания в ситуации продолжающегося стресса, тяжелого для него жизненного периода.

Ранним психическим стрессом для Маши была история скандалов ее родителей. Для преодоления этой травмы она выбрала ту игру, которая в моих предыдущих статьях этого цикла была названа «война мишек и зайчиков». Маша устраивала войну между своими игрушками, Мишка ссорился и дрался с Зайчиком, чтобы потом они могли помириться и броситься друг другу в объятия. Помирить родителей в реальной жизни Маша не могла, но в своей игре она была способна преодолеть разрушающее действие конфликта.

В отношениях с Игорем Маша неосознанно запускала эту игру в тех случаях, когда ей казалось, что их отношения заходят в тупик. Она невольно провоцировала Игоря на конфликт и выяснение отношений, надеясь, что после этого они помирятся и окажутся в объятиях друг друга. Иногда так и случалось. Но у Игоря была своя сказка, так что в ответ на Машины скандалы у него включилась своя игра – «игра в бегство» и «избегание конфликта». Он именно таким образом спасался от психологического давления со стороны мамы, которое в свою очередь было спровоцировано изменой и уходом из семьи его отца.

История второй влюбленности Маши

Следующий избранник, сумевший запасть в Машину душу, оказался таким же веселым живчиком, как и Игорь, но он был еще инфантильнее. И что существенно, эта инфантильность никак не сопровождалась ни способностью творить свои миры, ни способностью вообще придумать что-либо самому. Стас (новый молодой человек Маши) сам очень любил, чтобы с ним поиграли и его хоть как-то развлекли.

На первом с Машей свидании Стас рассказал ей несколько своих коронных историй, которые придумал не он сам, а когда-то в детстве сочинила его мама. Вдоволь насмеявшись над этими нелепыми похождениями, Маша решила, что Стас – это тот человек, который способен сочинять такое и сам. Далее по большей части говорила уже она, а Стас только хохотал, как ребенок, радуясь тому, что ему в течение всего вечера ни разу не было скучно.

Маша опять превратила в своей душе жалкую пародию на ее дядю Юру в его подлинник. Стас же вовсе не обладал способностью вжиться в душу другого человека и создавать с ним общие миры. Он был инфантильным молодым человеком, которому было скучно с самими собой, но он был очень благодарен тем, кто был готов с ним поиграть, чем-то его развлечь.

Стас был готов, как щенок, платить развлекающему его человеку лаской и преданностью до тех пор, пока у того хватало времени и сил на то, чтобы его веселить. Но когда Маша возвращалась домой уставшей и ей самой нужна была поддержка, Стас быстро грустнел и убегал разлечься за компьютер или созванивался с кем-то из своих друзей.

Это поведение послужило запуском в Машиной психике ее привычной сценарной игры. Она стала пытаться вызывать Стаса на разговор, чтобы поскандалить с ним, а потом помириться.

Однако у Стаса были свои травмы и свои способы их преодоления. Когда мама в действе за какое-нибудь его прегрешение в наказание отказывалась с ним играть, он тайком убегал к бабушке, которая охотно спасала любимого внука от слишком суровой дочери, не понимающей, что с детьми все можно решить игрой.

Так что, когда Маша пыталась его «воспитывать» (в ее понимании – вызывала на разговор), Стас начинал ныть и заявлять, что он ни на что не способен, что он неудачник и всегда все портит. Это в зародыше ломало Машину игру. После чего Стас, понимая, что Маша больше не хочет с ним заниматься, то убегал играть в компьютер. Когда же по настоянию Маши ему пришлось снести с компьютера все игры, он стал убегать «играть» с другими девочками. Вскоре все эти игры (которые Маша вполне законно посчитала изменами) вскрылись, и отношения Маши со Стасом были разорваны.

Маша уже не так сильно переживала сам факт разрыва этих вторых для нее «серьезных отношений», ее испугала схожесть этой истории с тем, как строились ее отношениями с Игорем. Казалось, что история со Стасом была пародией на историю с Игорем, а Игорь был пародией на дядю Юру.

Рефлексия внутренней механики свой психики

Маша два раза наступила на одни и те же грабли, и этого ей хватило для включения рефлексии (процесса осознания происходящего в ее психике), а ведь некоторые продолжают совершать одни и те же ошибки еще много и много раз.

Дело в том, что далеко не всегда человеку удается самому рассмотреть в своей душе работу каких-то психических механизмов, побуждающих его совершать однотипные ошибочные выборы, использовать ошибочные стратегии и производить ошибочные действия.

Сценарные игры – это один из тех самых психологических механизмов, механизм преодоления длящегося стресса или последствий психологической травмы. Защитные механизмы психики как бы сужают наше внимание и самосознание, уберегают людей от восприятия пугающих их явлений, а порой они обманывают наш разум, предлагая ему воображаемое решение проблем. Таким образом защитные механизмы как бы искажают наше восприятие происходящего и опьяняют наш разум несбывшимися надеждами. Именно по этой причине многие защитные механизмы нашей психики, и в том числе сценарные игры, оказываются так сложны для самостоятельного осмысления.

Психологи так любят ковыряться в детстве человека, потому что надеются найти в нем какую-то закономерность и помочь человеку осознать то, что происходит в его психике. Но когда удается включить рефлексию по поводу хотя бы одного события, осознать логику действия хотя бы одного отжившего себя защитного механизма, то человек на базе этого озарения получает потенциальную возможность осознать и внутреннюю механику функционирования своей психики в целом.

Очень часто осознание той сценарной игры, под воздействием которой находился человек, поражает и озадачивает его: «неужели все так просто!». Неужели столько бед и страданий было вызвано какой-то глупой детской фантазией и неуклюжей попыткой преодолеть свой страх и свою душевную боль! В какой-то степени, так оно и есть. Но, с другой стороны, выявить и вправить этот ранний душевный вывих бывает не так уж и просто. Просто так «дернуть за руку» редко удается.  

Данная статья принадлежит к серии статей о феномене «возрастного регресса» в любовных отношениях, а также о механизме «сценарных игр», которые иногда случаются в любовных и семейных отношениях. Сквозь все статьи проходит анализ отношений между Игорем и Машей, они являются примером проявления разных механизмов, которые порой срабатывают в любовных отношениях.

Вот список всех этих статей:


Понравилась публикация? Поделись с друзьями!

Написать комментарий

Возврат к списку