Психологический порлат Psy-practice

Людмила Прокофьевна Калугина - амазонка?

Людмила Прокофьевна Калугина - современная амазонка?
Знаю, звучит сомнительно, но это так.
Поделюсь своими мыслями.
В своей книге "Эмоциональная женская травма" юнгианский аналитик Линда Леонард приводит классификацию проявления эмоциональной травмы, полуженной женщиной в отношениях с отцом, исходя из полярностей: пуэлла ("вечная девушка") и деловая женщина ("амазонка в панцире").
Автор пишет, что один из способов проявления паттерна "амазонка в панцире" является сценарий покорной, преисполненной долга дочери.
Если женщина с паттерном пуэллы проецирует своего Анимуса на реальных мужчин, пытаясь найти в них отца, то амазонка встраивает отцовский образ в себя, чтобы ни от кого не зависеть. Становится сама для себя отцом.
Амазонка сознательно презирает все мужское, а бессознательно - ассоциирует себя с маскулинным. Причина такого решения - ненадежный, слабый отец, в отношениях с которым не было ни эмоциональной, ни духовной связи. Либо отец, который относился к дочери как сыну, возлагал на нее большие ожидания.
Постепенно, внутренний отцовский принцип начинает диктовать правила игры во внешнем мире: "как правильно жить ", "какой следует быть". Отцовские требовательные энергии берут верх над мальчишеской частью маскулинности. Внутренний “рассерженный мальчик” (теневая часть Анимуса) постоянно пытается вклиниться в жизнь женщины, нарушить правила, сделать ошибку, чем сильно пугает женщину - амазонку.
Она запрещает себе ошибаться. Любая спонтанность ассоциируется с хаосом и дополнительными трудностями, бессознательное избегает все, что касается изменений.
Читая описание паттерна, у меня возникало ощущение - где-то я уже встречала такую преисполненную долга женщину, вычеркивающую из жизни все, что пытается нарушить заданную ею же структуру.
Ну, конечно.
Людмила Прокофьевна Калугина.
Взаимодействуя с миром через Персону “Мымры”, она считает возмутительным объявление о продаже колготок в женском туалете, примерку секретаршей сапог и сами сапоги "очень вызывающие", такие бы она не взяла. Ее уважает начальство, ей звонит министр, а подчиненные боятся. У нее безупречная репутация.
И вот в поле не зрения появляется ОН!!!
Товарищ Новосельцев (на свою голову напортачивший с отчетом), на которого, как мы увидим вскоре, будут спроецированы функции Анимуса, которые остались неразвитыми у самой Людмилы Прокофьевны.
Сама того не ведая, она бессознательно толкает Новосельцева к теневым проявлениям ее Анимуса. Того самого “рассерженного мальчика”, “простофили”, “Ивана Дурака”, иррациональные, спонтанные выходки которого ей трудно принять в себе.
Ее внутренний Кощей (требовательные энергии внутреннего отца, которым она однажды стала для себя) удерживает в темной башне спящую женственность, в результате чего в 36 лет Людмила Прокофьевна вычистила свое пространство от мужчин и женщин, считает свою жизнь “как-то устоявшейся, сложившейся”.
“Я “старый холостяк” - говорит она о самой себе.
“Спасти” фемининность из башни может только энергии "Ивана-дурака", которые вдруг начинает проявлять Новосельцев. Являясь от природы закомплексованным, он как будто бессознательно исполняет запрос героини: разрешает себе вести себя так, как не позволяет Калугина.
Будто, “какая-то муха его укусила”. Дебоширит на вечеринке у Самохвалова, сидит на столе директора, устраивает драку в кабинете замдиректора, дарит цветы, бегает во время работы за билетами в цирк, игнорирует министров, целует героиню, делает ей “нерационализаторское” предложение.
Такое поведение, по началу, безумно бесит Калугину, потому что “даже она себе такого не позволяет”. Но со временем из непьющей, она становится “очень даже, от хорошего вина не откажусь”, придумывает небылицы про друга авиаконструктора, интересуется модой, обижается, почему Новосельцев продолжает видеть в ней “только директора”, берется за его “перевоспитание”, мчится спасать кошку из мусоропровода.
Ее внутренний Кощей сломлен: принципы, которым она следовала по жизни пошатнулись. Она переживает те части личности, которые не связаны с отцовским комплексом, и которые олицетворяют мальчишеские, озорные, активные проявления ее Анимуса, которые долгое время были под запретом. Анимус перестает быть изначально отцовским. Теперь это Мужчина, который вмещает в себе энергию мальчика, мудрого старца, воина и даже таинственного незнакомца.
Внутренняя тюрьма разрушена: теперь можно проспать на работу, делать прически, сплетничать с женщинами-коллегами, сногсшибательно выглядеть и так теперь она будет выглядеть всегда. Новосельцев уже не при чем: он лишь проводник, который помог присвоить теневые проекции ее Анимуса. Теперь можно жить так, как хочется, а не как правильно.
Даже можно немного подпортить себе репутацию и бить Новосельцева зонтом по голове у всех на виду, потому что тот усомнился в ее красоте, молодости, назвал “мымрой”.
А она - не Мымра.
Проанализировав фильм с точки зрения архетипического пути героини, я еще раз убедилась: когда женщина не чувствует себя красивой, женственной, сексуальной, не женственность бежать прокачивать нужно, а исцелять внутреннего мужчину - Анимуса.
Понравилась публикация? Поделись с друзьями!

Написать комментарий

Возврат к списку