Взрослые дочери ушедших (умерших) отцов

Рано сегодня проснулась. Очень рано!
На душе какая-то неизъяснимая тоска.
И вроде всё в порядке.  Домашние  здоровы. Дела делаются. Работа работается. Скоро намечается зарубежная командировка и небольшой отпуск.
 
Всё хорошо! Так почему же так плохо? Почему на душе невнятное чувство одиночества и недосказанности, такое сильное, что хочется или заплакать,  или закричат?  А точнее  плакать и кричать одновременно.
- ААААА!
- Вот какого черта? Поговори со мной!
 
А в ответ ….?
Тишина. И только птицы за окном щебечут. Да машины шуршат по асфальту.
 
- ААААА! Поговори со мной …. Отец!
Мне так много есть, что тебе рассказать! Чем с тобой поделится. Что у тебя спросить. Похвастаться, наконец.  Да, да! Именно похвастаться! И я знаю, что Ты бы мной гордился. Моими успехами, моими дипломами, моей работой.  Мы бы снова спорили с тобой,  называя  друг – друга по имени – отчеству. Так всегда было, дистанцироваться, отделится на расстояние  - «Вы, Владимир Алексеевич….», - «Вы, Ольга  Владимировна…», дабы не наговорить  едких колкостей из позиции обиженного ребенка.
________________________________________________________
Ты очень рано ушел.   Я была так молода, так наивно-тщеславна и обижлива, что даже не успела тебе сказать, как ты мне нужен и дорог, что я люблю и скучаю по тебе.
Сейчас  мне пятьдесят, на многое смотрю по другому, даже на твой возраст. Твои пятьдесят с небольшим. Пройдя свой путь, длинной в полвека, могу оценить и твою, совсем не простую дорогу.
 
Ребенок войны, никогда не знавший  отца геройски  погибшего  в 43-м  где-то под Кенигсбергом.  В памяти осталось только  имя  и то, что он был подающим большие надежды художником. Не было даже фотокарточек.  Мать – молодая, красивая, больная чахоткой женщина. Она даже обнять тебя не могла лишний раз  из страха заразить туберкулезом.
 
Война закончилась.  Появился отчим. Родились брат и сестра.  Отчим пил и играл на трубе. Много играл. Много пил. И в запоях был страшен так, что приходилось прятаться по соседским огородам.  
Потом были школа, речное училище, медицинский институт. Знакомство, любовь, свадьба. Рождение дочери - меня.  Работа хирургом в сельской больнице. Вот уж где точно – «и чтец, и жнец, и на дуде игрец».
Долгожданное направление в  город, где много возможностей, работы, соблазнов и женщин. Ещё бы! К  молодому хирургу - гинекологу соблазны - женщины  сами приходят, просят, приносят.
Вот и получилось, что с женой (моей матерью),   огонь прошли, воду преодолели, а на медных трубах застряли.  Разрушительна оказалась Иерихонская труба сплетен и скандалов.
 
Думают ли родители, что чувствуют дети  во всех этих взрослых распрях, разборках  правости - виноватости? Что творится в маленьких душах, когда рушится их привычный, пусть не идеальный, но такой привычно - устойчивый мир?  Когда матери  заставляют выбирать с кем ты, на чьей ты стороне, кого  больше любишь?  
Любить хорошая дочь  обязана только её! Правая сторона тоже её! Другое  не принимается!  
Как в  детских играх про войнушку:
 - Ты за красных  или за  белых?
- Я за правду.
- Значит предатель…
 
Вот и приходилось выбирать, разрывая себя на части. Придумывать  свои игры. И уже не Папа, а Отец. И уже  слова – « ты копия своего отца» не похвала, а упрек.
Чтобы не слышать всех этих упреков, подросток убегает на улицы, в подвалы,  в  компании себе подобных без вины виноватых сверстников, в книги, в фантазии о  прекрасном далеком. Хотели сложности и бунты подросткового периода, дорогие родители?  Распишитесь и получите!
 
Развод. Переезд  в  другой город. Работа.  Снова свадьба, снова развод, снова работа.
Конечно же, мы встречались, даже как то разговаривали, общались, только все чаще  «отец и по имени – отчеству».  Дистанция должна быть соблюдена, иначе – Предатель! Мать – это святое! Предать интересы матери, равнозначно стать предателем Родины.
 
Ребенок вынужден постоянно лавировать в непредсказуемости настроений « хранительницы очага», предугадывать  действия, учится читать мысли по выражению лица, глубоко пряча  свои желания и потребности. А самое главное, учится ждать! Ждать когда поймут, ждать,  когда услышат, ждать, когда похвалят. Примут, наконец, что ты есть, что ты - Живая.
 
Терпение и преданность,  ведь это – добродетель?!
Сейчас я в этом сильно сомневаюсь!
Круг замкнулся в месте, в котором родился.
Начало девяностых.  Не нужными оказались знания, опыт и многие годы врачебной практики. Работы нет, семьи нет. Есть  книги, приблудный кот  и одиночество.   
Где родился, там не пригодился.  Умер.
А Я оказывается, всё ещё жду!
______________________________________________________
- Поговори со мною, Папа.
О чём-нибудь поговори, 
До звёздной полночи до самой, 
Мне снова детство подари…
 Папа уже не ответит, не поговорит, и в  детство уже не вернешься. От осознания  этого на душе,  время от времени, будет,  появляется  неизъяснимая тоска.  Хотя,   вроде бы  всё в порядке:  домашние  здоровы,  дела делаются, работа работается.
 
Раннее утро. В доме тишина. Только  птицы за окном щебечут, да машины по асфальту шуршат.
 
 


 
Понравилась публикация? Поделись с друзьями!

Возврат к списку